Сержио

Ни ружья, ни винтовки с собой не было. А с тем оружием, что есть, встреча с таким хищником — верная смерть. По крайней мере, для меня. Да и если бы мог убить, то зачем это сейчас? Без причины я никогда не любил убивать и на дух не переносил тех охотников, что убивали без необходимости, а только для хвастовства. Или рыбаков, которые могли наловить красной рыбы, выпотрошить из нее икру, а саму рыбу выкинуть. Не так меня воспитывали отец и дед, ни этому учил старший брат. Да, я охотился в запретных зонах. Да, я ловил рыбу, в том числе сетками и переметами. Но никогда… никогда не ловил и не убивал больше, чем съедал сам и моя семья. Я мог спокойно при самом «диком» клеве смотать удочки и убрать сети, если выловлено уже достаточно рыбы. Не стрелял по дичи, если видел, что нам ее не съесть и она пропадет до того, как мы доберемся до холодильника. Из-за этого, кстати, мне всегда непросто было найти себе компанию для охотничьих или рыбацких вылазок на природу.

Поглядел на небо, — темнело. Пора уже было искать себе место для ночлега. Незнакомая местность, незнакомый лес. Да что там, незнакомая планета! Страшновато было в такой ситуации спокойно разлечься где-нибудь под деревом. Кто здесь бродит по ночам, если такие свинозавры бродят днем? Решил эту ночь спать на дереве. Поискал и выбрал могучий дуб со стволом, наверное, в три обхвата. Забрался повыше и присмотрел мощную, разлапистую ветку. Снял с себя мешки и развесил их на соседних ветках. К мешку с оружием прикрепил сулицу, а из заплечного мешка достал веревку и одну рыбку с галетой. «…Не вынесла, душа поэта, позора мелочных обид…»[24]. Уж больно вкусная рыбка получилась. Запеченный чебак не разочаровал. Он получился, как бы ни вкуснее леща. Я доел рыбку, похрустел галетой, сделал пару глотков из фляжки и стал готовиться ко сну. Оглядел округу, благо еще не совсем стемнело, осмотрел дерево на предмет клещей. Но ничего вызывающего беспокойство, к счастью, не нашел. Еще раз проверил крепление мешков и сулицы и крепко примотал себя к своей ветке-кровати.

Ну, что сказать? Ночь прошла беспокойно. В молодости, в курсантско-капитанские годы, я мог заснуть моментально и в любом положении. Позднее, со сном стало хуже. А последние годы меня мучила хроническая бессонница. Этой ночью бессонница была ни при чем. Лежать на ветке было очень неудобно. Несмотря на то, что я себя привязал, было страшно сорваться с дерева. Ночью кто-то периодически то выл, то рычал в темноте. И я лишь ненадолго забывался в какой-то полудреме. В общем, когда рассвело, слез с дерева совершенно разбитый и не выспавшийся. Зарядку в пути решил не делать, лень в этот раз победила нокаутом. Сбегал в кусты, потом вышел к реке, умылся и почистил зубы.