Чернокнижник [litres]

Чернокнижник не стал дожидаться от Карло напутственного слова, подпрыгнул и, о боже, полетел по воздуху, чтобы через несколько секунд помахать нам с кормы.

– Держи, – в руку легло кольцо с нежно-голубым камнем. – Знак твоего благородного происхождения. Отвинтишь камень, внутри яд. Насыплешь в еду или смажешь кинжал. Действует только на магов.

Я не стала отказываться от подарка. Путь долгий, люди в пути попадаются разные. Пусть и у меня будет оружие. Кивнула коротышке и неуклюже полезла по сходням. Едва ступила на палубу, Баллесс Карло махнул рукой. Корабль дрогнул и плавно развернулся.

Мы с Апофисом во все глаза смотрели, как свод пещеры раскололся, растаял и иллюзия скал, запечатывающая выход из маленькой бухты, темными клубами дыма растеклась в стороны. По губам мага гуляла довольная улыбка. Мыслями он был очень далеко, даже не на островах. Я ему позавидовала. Он вернулся домой, у него есть сила и жажда действий, способность все изменить. А что есть у меня?

В глазах корабельной фигуры, развеивая остатки дыма, вспыхнули мощные прожекторы, и мы поплыли туда, где в небе сияли сразу три радуги. Под ними плыла яхта с ярко-алыми парусами. Я сочла хорошим знаком, что одна сказка ожила в другой.

Позади горбился покрытый чахлым кустарником остров с коричнево-багровой махиной замка на пологом склоне и кучей таких же мрачных тяжеловесных построек, громоздящихся на крутых скалах. Вход в бухту скрыло иллюзией – издали не отличишь от покрытого черно-красными прожилками камня.

– Будет буря, – тихо сказал Апофис, отводя взгляд от горизонта. – Нам лучше устроиться в каютах. Укачивать начнет так, что даже у меня морская болезнь проснется.

– Так что же мы в бурю отправились?

Большой воды я побаивалась. Однажды угодила в шторм на Ладоге, когда плавала с экскурсией на Валаам. Пока не причалили, десять раз с жизнью попрощалась. А тут море…

– Не потонем, – мотнул головой маг. – Лодка глазастая, сама рифы и мели отыщет и обойдет, на капитана и команду заговорена, а они саткехи. Знаешь про таких?

Я кивнула. Про морской народ читала. Вон один из команды сматывает канат, или как там по-морскому веревка называется. Морской человек не походил на сказочную русалку. Кожа бледно-серая, фигура тощая, жилистая, волосы, вернее мягкие иглы на голове, черные, блестящие, в пол-ладони длиной, ушей не видно. Этакий морской еж с человеческим лицом.

– Глаза у лодки не только на носу, но и по всему днищу, – продолжал просвещать меня Апофис. – На мачте и реях тоже есть. И капитан с командой в любой момент могут ими посмотреть. Это древняя магия морских обитателей.

– Жуть, – поддакнула я. – Где наши каюты?

Шторм начался ближе к закату. Налетел без предупреждений, вцепился в кораблик, принялся швырять из стороны в сторону. Признаться, я летать меньше боюсь, чем плавать, поэтому забилась в каюту, пристегнулась к диванчику (да-да, у них, оказывается, на такой случай ремни безопасности есть, как в машине), укуталась в плед. И принялась жалеть себя. Чем еще заняться, пока ждешь – пойдешь ко дну или выживешь в этом мокром безобразии?