Сожженные девочки [litres][The Burning Girls]

Я смотрю на кривой потолок, убеждая свои веки потяжелеть и опуститься. Я надеюсь, что сон быстро погрузит меня в забытье, но мозг упрямо сопротивляется.

Она горела, и у нее не было ни головы, ни рук.

Если вы увидите сожженных девочек, вас постигнет какое-то несчастье.

Суеверия, поверья. Мусор. Но я все равно испытываю тревогу, тяжестью оседающую у меня в животе.

Фло не склонна к выдумкам. Она прагматичная, здравомыслящая и уравновешенная. Она не стала бы все это придумывать. Итак, какова альтернатива? Это был призрак?

Будучи викарием, я верю в то, что существование продолжается и после смерти. Но привидения? Физические сущности, которые не в силах упокоиться то ли из-за жажды мести, то ли по какой-то иной причине? Нет, я никогда не видела ничего, что могло бы убедить меня в их существовании. И пусть они остаются лишь в воображении, в атакующих меня мыслях. Мне совершенно не хочется, чтобы они вдруг перешли в спектр, воспринимаемый органами чувств.

Я сажусь, щелкаю кнопкой ночника на тумбочке и спускаю ноги с кровати. Деревянный пол кажется холодным и шершавым под моими подошвами.

Коврики, думаю я, мысленно добавляя еще один пункт к списку «что купить, чтобы сделать дом хоть немного удобнее».

Сунув ноги в стоптанные тапочки, я выхожу на площадку, включаю свет в прихожей и спускаюсь вниз.

В кухне я выдвигаю ящик и шарю под кухонным полотенцем в поисках бумаги и табака. Я обшариваю весь ящик, но так ничего и не нахожу. Блин! – еле слышно вырывается у меня. Фло.

К счастью, у меня есть запасной план. Я ныряю в гостиную. Мои книги по большей части все еще в коробках, но некоторые из них, включая толстую Библию в кожаном переплете, уже перекочевали в видавший виды книжный шкаф. Библия похожа на церковный артефакт, но на самом деле я обнаружила ее на какой-то гаражной распродаже. Она должна бы содержать Слово Божие, но эта Библия полая внутри. Отличный тайник для фляжки, если у вас имеется подобная склонность, или, в моем случае – запасной коробочки с табаком, пачки бумаги и зажигалки.

Я возвращаюсь обратно в кухню, скручиваю сигарету и открываю дверь. Ночной воздух напоен знакомыми ароматами. Энотера, луноцвет и жасмин. Ночные цветы. Вспоминаю, как этот аромат проникал в окно моей спальни, когда я была ребенком.

Я с силой затягиваюсь сигаретой, пытаясь заглушить воспоминание, тяну в себя никотин, но это не помогает притупить рваные зазубрины моей тревоги. Я остро ощущаю тишину, темноту, сталкивающиеся друг с другом мысли.

Здесь темнота не такая, как в городе. Там ее смягчают уличные фонари, сияние витрин, свет фар проезжающих автомобилей. Здесь темнота настоящая. Это темнота, в которой мы жили до огня и электричества. Голодная темнота, полная скрытых глаз. Здесь кроется зло, думаю я и тут же задаюсь вопросом, откуда взялась эта мысль. Мой мозг сегодня определенно заходит слишком далеко.