Математик Боя. Жизнь сильнейшего (СИ)

И, конечно же, как чуткий супруг, по торопливости супруги он понял, что она сильно нервничает.

— Отлично, — Сенсома поцеловал Юки в лоб. — Теперь у меня есть еще одна причина закончить эту войну побыстрее.

— Не теряй голову на скоростях, быстрый ты мой, — улыбнулась Юки. — И береги себя, ладно? Я чувствую, что все будет сложнее, чем ты думаешь.

Долгие проводы — долгие слезы. Даже в семье шиноби — прирожденных воинов, редко заканчивающих свою жизнь в постели, провожать родственника на войну — дело нетривиальное и тяжелое. И пускай Коноха является сильнейшей Какурезато, пускай командующий фронтом — Бог Шиноби, сеннин, джинчурики Треххвостого Исобу и тайный сосуд сути чакры Рикудо. Из памяти жителей Страны Огня никогда не исчезнет Первая Мировая Война и чудовищные потери, понесенные страной в ней.

Джирайя поджидал Сенсому на выходе с территории особняка. Беловолосый парнишка в последние дни ходил хмурым и задумчивым, однако сейчас он усиленно пытался выглядеть как обычно.

— Уходишь воевать… — с напускной завистью потянул он. — Везет. А мне сидеть в деревне, пока старик-Хокаге не соизволит выступить на фронт. И то не факт, что он нас вообще возьмет с собой.

— Ну так потрать свободное время на тренировки, — поднял палец вверх Сенсома. — И на поиски ответов на свои вопросы. Ты же не отказался от своей цели?

— Ты шутишь? Да я целеустремленнее тебя! Я обязательно узнаю все о своих родителях и, может быть, даже встречусь с ними!

— Ну и славно, — Сенсома улыбнулся и шагнул вперед. — Давай, Джи, присматривай тут за всеми. И стань сильнее. Надеру уши, если придешь на войну таким слабаком, как сейчас.

Помахав крестнику, Сенсома зашагал прочь. Жаль, но со всеми не попрощаться, ибо времени не так уж и много. Остается дойти до полигона, забрать оттуда учеников и выступать на фронт, на котором передовые отряды уже начали возводить укрепления. Командующего уже ждут и докладывают о первых стычках с дальней разведкой врага.

Сенсома радостно оскалился, подсчитав, как быстро основные силы Ветра прибудут на фронт. По всему выходило, что первые сражения начнутся всего через четыре дня.

— Отец! — донеслось сзади растерянное.

Сенсома молниеносно обернулся, да так и застыл, осмыслив слово. Брови удивленно поползли вверх, а рот приоткрылся.

Джирайя, впрочем, выглядел почти настолько же ошеломленным тем, что выкрикнул. Это получилось спонтанно, в тот самый миг, когда он захотел что-то сказать своему крестному. Передать свои чувства. И мозг на автомате выдал слово, которое Джирайя вообще редко употреблял.

Но выдал же.

— Отец! — чуть более уверенно повторил Джирайя. — Просто… не умирай там, ладно?

Сенсома, конечно же, понял, что хотел сказать Джирайя. Возможно, даже больше, чем сам мальчик. Он впервые назвал его отцом, а потом проявил искреннюю заботу.

— «Вы можете отдыхать спокойно, Тобирама-сенсей», — подумал Сенсома, махая рукой крестнику на прощанье. — «Ваш сын вырос замечательным человеком.»

Ученики ждали его на полигоне и вид имели самый что ни на есть серьезный. Каждый из них нес за плечами по увесистому рюкзаку, а облачены все были в какие-то новые боевые костюмы. Раньше Сенсома таких на них не видел.

— Глава клана лично вручил мне, — ответил на вопрос Фугаку. — Это зеркальная броня времен Сенгоку Дзидай. Она темная, но имеет отражающую поверхность, так что в ней легко маскироваться в лесу, а ночью эффект куда лучше. А еще с нее можно отражать Шаринган, для того, чтобы поймать взгляд врага.

— Про такие мелочи как удобность и исключительная прочность говорить даже и не стоит, сам вижу, — усмехнулся Сенсома. — Хорошая броня. Майко, что у тебя?

— Родители дали, — с напускным безразличием пожала плечами девушка. — Новый тип специализированного боевого костюма клана Инузука — Воющий Мех. Куртка и штаны сделаны из шкуры дикой собаки-великана из Леса Смерти. Эти собаки настолько мутировали, что у них имеются свои собственные тенкецу, и они даже могут использовать чакру. Тенкецу сохранились в одежде, и это значительно усиливает мощь Четырех Лап. Ну и еще они прочные и водоотталкивающие.

— А Каамару обновок не досталось, — Сенсома наклонился к псу и погладил его. — Впрочем, я подготовился к этому. Держи, Майко — мне он это нацепить не даст. Это накладки на когти и клыки из чакропроводящей стали. Сделаны на заказ. Поможет уберечь основное оружие нинкена и даже немного прибавит ему остроты. Орочимару?

— Я сам его сшил, — Орочимару развел руками, демонстрируя немного неровный покрой своего белесого кимоно. — Хотя мне помогала Мито-сама, но не в шитье. Видите, — он завернул правый рукав. — Внутри оно плотно покрыто рисунками фуин. Я писал их под присмотром Мито-сама своей кровью. Было тяжело. Но теперь я могу активировать любой рисунок любой оголенной частью своего тела. Там много всякого.

— И когда вы успели с ней все провернуть? — удивился Сенсома. — За два дня исписать все кимоно фуин — крови не напасешься.

— Мы работали над ним с того дня, как я стал вашим учеником, — пожал плечами Ясягоро. — Она сказала, что это может мне пригодиться. Меня к ней Цунаде и Джирайя привели.