Обрезок жизни
- Автор: Сидоркин Роман Игоревич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Триллеры
Электронная книга - «Обрезок жизни». Краткое содержание книги:
Спустя 10 лет, он освобождается из тюрьмы: жизнь разрушена, общество в лице старой знакомой отталкивает его. Говорят, что загнанная в угол крыса бьётся насмерть, но человек – гораздо опаснее крысы.
Часть истории является пересказом личного опыта автора.
Содержит нецензурную брань.
Одеваясь, он с унынием осознал, что ничем не удивил свою «девочку». Она обожгла свои кирпичи и получила зарплату. Даже оставила своё клеймо мастера в виде царапин на его бледной коже.
Дальше ему очень хотелось встретиться с Машей.
Они договорились о встрече. Её голос по телефону звучал спокойно, но что-то в нём было: то ли фальшивое, то ли испуганное, что мог расслышать только человек, чьи инстинкты предельно обострены. Например, только освободившийся зек.
На встречу она явилась с коллегами. Они сели отдельно, однако Галактион ясно видел, что у Маши тут ещё какие-то дела, помимо встречи с ним: они решила совместить его с чем-то.
– Привет, – сказала она, садясь с крайне независимым видом, смотря как бы сквозь него.
Увидев знакомое лицо из прошлого, он непроизвольно расплылся в идиотской улыбке. В нём запрыгали щекочущие искорки веселья. Впервые он был неподдельно рад, но в то же время смущён.
Маше это показалось неуместным и вульгарным.
– Ты не будешь против, если я запишу наш разговор? – спросила она.
Улыбка на лице Галактиона потухла.
– Ты сюда на работу пришла? – спросил он.
С горечью он ощутил, как привычные в тюрьме душевные шипы прорывают откуда-то возникшую в нём почти забытую человечность.
– Нет, что ты. Просто это очень важно: понять, как тюрьма влияет на хороших людей, как система их ломает.
– Понятно. Записывай, раз надо.
– Спасибо. Ты только не подумай, что я хочу как-то тебя использовать. Я в самом деле хотела встретиться с тобой.
– Понимаю.
Она посмотрела на него.
– Расскажи, как ты для себя делишь периоды внутри тюрьмы? Наверняка ты отмечал про себя некоторые качественные изменения, которые в тебе происходили с увеличением срока нахождения взаперти…
Она что-то ещё уточняла, а Галактиона в это время в буквальном смысле затошнило. Он резко прервал её вопросом.
– Как там… – было сложно говорить – Помнишь, как мы гуляли по саду тогда? Там были эти… Прожекторы такие цветные…
Он с отвращением осознал, что его голос похож на сип простывшего волка, что структура речи абсолютно зоновская, и как неуместно звучат эти слова в такой беседе. Но этот жгучий стыд за собственные манеры, так незаметно прилипшие к хорошему мальчику за 10 лет, был лучше, чем слушать её цинично-профессиональную болтовню. Болтовню с чужим человеком.
Маша помолчала.
– Я понимаю.
Он замахал руками, мол «понимаю, сказал глупость», но она продолжила.
– Я понимаю. Я осталась в твоей голове, как нечто светлое в твоей прошлой жизни. И поверь, я хорошо к тебе отношусь. Я делала всё, что было в моих силах, чтобы о той истории узнало, как можно больше людей. Во всей моей деятельности красной нитью проходит твой случай. Но я не та девочка, которая любит веселиться, которой была тогда. Я тоже проделала свой путь. Он не был лёгким, но я не хочу их сравнивать: конечно тебе было сложнее.
Он хотел сказать: «Если бы ты знала, насколько, ты бы даже не стала ставить эти пути на сравнение», но не сказал.
– Я могу быть тебе другом, я помогу влиться в жизнь. Но, пожалуйста, давай не будем касаться личной темы. Я бы, наверно, была с тобой, но ведь ты сам понимаешь… Это объективные обстоятельства, тут никто бы не…
– Да я понимаю, не объясняй это всё, – прервал он поток пустых слов.
Винить её он не мог, ведь и правда: 10 лет – это срок. Особенно, когда тебе 18.
– Так ты прославилась, как журналист-правозащитник? – спросил он, раскалывая клешню омара специальными щипцами.
– Ну, что-то вроде того. Не буду вдаваться в детали: да, я освещаю трагедии подобные твоей. Многим удалось помочь.
– А как так получилось? Насколько я помню, в университете ты собиралась стать политическим обозревателем.
– Я просто влилась в это сообщество. В какой-то момент читатели и другие журналисты стали воспринимать меня, как того, кто освещает тему несправедливого суда. Ну и кроме того, она действительно актуальна в России. В этой стране каждый год…
– Значит, твоя карьера построена вокруг темы невинно осуждённых? А как так получилось-то? Просто пытаюсь понять. Тебя преподаватели направили по этому пути?
Повисло молчание, в котором стала ясна вещь, о которой Галактион догадался ещё за решёткой: на его несчастье построилось её светлое будущее.