Полюбить Дракона

— Звездный Колдун сказал мне, что это его рабыня, — жестко ответил старший, князь Эван. У Дианы сердце зашлось. Так вот о чем они говорили там, на берегу! Андреас опорочил ее, оговорил, отравил ее появление в этом мире с самых первых секунд. Бросил тень; поселил семя сомнения в душу Эвана. Сразу. А сомнение — самый ядовитый и самый мучительный из всех… Будет разъедать и мучить всегда! — Сказал, что я выкупаю черную змею, а не ласковую самку.

— Комы ты веришь! — насмешливо и с возмущением воскликнул Леонард. — Лгуну, чей язык чернее дна преисподней?!

— Я не верю, — грубо отрезал Эван. — Поэтому и велел сводить ее к Сердцу Кита.

— Она только напугалась, — грустно заметил Лео. Видел бы ты, как она билась, стараясь освободиться от колдовства! Оно затягивало ее, но она сопротивлялась ему и вырвалась. Она не его рабыня, не его слуга, не его женщина. Я не верю, что самка, так боящаяся Звездного, будет ему подчиняться. Я вообще не верю в возможность привязанности при таком страхе.

«Ах, наивный Лео! — с горечью подумала Диана. — Прожил сто восемьдесят лет и не знаешь, что самая горячая ярость рождается из самой нежной любви… Впрочем, откуда тебе знать. Вы же не ведаете любви вовсе».

Впрочем, князь Эван выглядел пристыженным, как бы ни старался придать себе вид отстраненный, замкнутый и гордый.

— Я сожалею, — хрипло произнёс он, наконец, — что принял такое решение и подверг ее такому испытанию. Как она?

— Спит, успокоилась, — ответил Лео.

— Думаю, — произнес Эван, — подарок ее взбодрит. Смотри, что я принес. Самки любят подарки и украшения.

Сквозь опущенные ресницы Диана увидела в руках князя роскошное колье. Алый камень, окруженный россыпью бриллиантов, сверкающих, как холодные звезды, три нитки жемчуга. Князь держал это невероятное, захватывающее дух богатство в горсти, словно стоимость его не особенно волновала Эвана.

— Это красиво, — согласился Лео, — но рыбка и в пещере ничего не взяла. Не знаю, примет ли от тебя дар, соблазнится ли, — в голосе его зазвучало сомнение, и Эван шумно, со страстью, выдохнул свое напряжение.

— Да кто же знает, что им надо! — пробормотал он, мучаясь от невозможности решить ситуацию по своему желанию сию же минуту, одним словом, как он привык решать проблемы. — Подарил бы что угодно, чтобы оставались рядом!.. неприятно привязываться к самке, считать ее чем-то постоянным — и терять! Чем он ее приманил, почему она оплыла к нему?!

«Ого, — с удивлением подумала Диана. — Сколько страсти, сколько пыла! И он мне будет говорить, что нет любви? Интересно, о ком он говорит?»