Психология и хирургия (СИ)
- Автор: jane_lana_doe
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Психология и хирургия (СИ)». Краткое содержание книги:
Вика осторожно покосилась на мужчину и поджала ноги под себя, скинув сапожки.
– Вернуться предлагала.
Лазарев обернулся, и по его взгляду девушка сумела предположить, что он если и не знал, то догадывался об этом.
– И что?
– Я не знаю, хотела с тобой посоветоваться.
– Но ты сама-то хочешь?
– Хочу, – Вика дёрнула плечом. – А ты, я смотрю, не очень.
– Угадала, – Костя встал и плеснул себе в лицо воды из-под крана.
– И почему же?
– Да я почему-то сам не знаю, – мужчина пожал плечами, невесело улыбнулся и, подойдя к Вике, обнял её и погладил по голове. – Привык к тому, что ты дома.
– А если я соглашусь?
Лазарев вздохнул и, присев на корточки, поцеловал девушку в губы.
– Я же не запрещаю.
Дверь в ординаторскую с грохотом распахнулась, и на пороге материализовался Брагин, который, казалось, даже не заметил интимности момента – на лице мужчины угадывалось напряжение и готовность рвать и метать.
– Кость, давай бегом в третью операционную – там у этой, мамаши мальчишки вашего, приступ – похоже, спирт где-то нашла.
– Вот черт! – выругался Лазарев, на ходу натягивая халат. Правда, в дверях он затормозил и обернулся на шокированную Ковалёву. – Будь здесь.
Виктория кивнула в ответ, но кивка этого уже никто не увидел – Костя вылетел из ординаторской, словно вихрь, хлопнув дверью так, что, казалось, ещё немного, и вылетят стёкла.
– Что он, совсем обалдел? – возмущению в голосе Нины, заглянувшей в ординаторскую на шум, не было предела.
– Матери Феди плохо стало, – тихо ответила девушка. – Где он, кстати?
– Да вон сидит, – женщина рукой указала в стеклянную стену, через которую было видно мальчика, сидящего на стойке и беспечно болтающего ногами.
– Давай сюда его, – попросила Вика, тяжело вздохнув.
Нина кивнула и буквально через полминуты привела ребёнка в ординаторскую. Вика натянуто улыбнулась и похлопала по кушетке, и Федя, поняв жест, послушно присел на мягкую поверхность.
– Давай тёте Нине мешать не будем, хорошо?
– Домой поедем? – ребенок заметно сник – в больнице ему явно было интересно.
– Пока нет, – девушка вздохнула и посмотрела на всё ещё стоявшую в дверях Нину. – Подождём здесь.
…Ждать пришлось долго – даже Федя – спокойный и послушный ребёнок, через два часа закапризничал на тему того, что ему скучно, и не помогали даже мультики, чудом найденные на каком-то канале. Правда, капризничал мальчик недолго, видимо, ему это просто не нравилось, и он очень быстро успокаивался, понимая, что выбора у него другого, по сути, нет. Поэтому в конце концов мальчуган задремал, завернувшись в мягкий салатовый плед Брагина, словно в тёплый кокон, безмятежно посапывая и вызывая у Вики самые нежные чувства. Девушка смотрела на ребёнка и словно боялась признаться самой себе в том, что она очень сильно к нему привязалась, смотрела и не могла поверить в то, что испытывает такие чувства к чужому ребёнку, которого знает совсем недолго. Но почему-то отчаянно хотелось защищать его и заботиться о нём. И на ум помимо воли приходила вновь и вновь шутливая фраза Нины, сказанная ей ещё с утра о том, что им с Костей пора задуматься о детях. Никогда раньше Ковалёва даже не думала на эту тему, а сейчас понимала, что, вполне возможно, Нина и права.
Вика и сама успела задремать, неудобно положив голову себе на согнутую в локте руку, и когда в ординаторскую вошел Костя, девушка, проснувшись, невольно поморщилась от того, как неприятно закололо предплечье.
– Ну, что там? – сон и впрямь словно рукой сняло, когда девушка заметила, какой бледный стоял сейчас перед ней Костик, спрятав руки глубоко в карманы халата, и как сильно от него пахло табаком – перед тем, как прийти сюда, он, должно быть, выкурил не меньше половины пачки. Лазарев отчаянно посмотрел по сторонам перед тем, как перевести взгляд на девушку, словно ища в холодных стенах спасения или какого-то совета, и не находя ни того, ни другого. И молча покачав головой, мужчина словно поставил точку над всей историей, приключившейся с ними за эти двое с небольшим суток.
– Как? – Вика привстала и посмотрела на Костю с таким отчаянием, что у того пропали все оставшиеся силы - и физические, и моральные.
– Брагин прав был – она ночью пробралась в кладовку, где лекарства хранятся, – взгляд молодого хирурга, полный боли и отчаяния, был направлен на Федю, но смотрел мужчина словно куда-то сквозь него.
И Вика, едва сдерживая истерику, посмотрела на ребёнка – Федя безмятежно спал, обняв рукой край подушки.
========== 20. ==========
Глава 20.
Всё пошло своим чередом лишь спустя месяц. Месяц прошел после того, как Федю пришлось отдать в детский дом, отдать, в глубине души ненавидя самих себя и до боли стискивая зубы. Мальчик всё понял, и даже не плакал – он словно знал, что так должно быть, и что слезами горю не поможешь. Но его глаза… Они выражали такую надежду вперемешку с обречённостью, что, вспоминая этот взгляд, Вика ещё не раз тихо плакала по ночам в подушку, стараясь не разбудить, казалось бы, спящего Костика. Который на самом деле, конечно же, не спал, но не знал, как можно утешить и помочь в данной ситуации – мужчине и самому было паршиво от своей привязанности к ребёнку, от всей сложившейся ситуации в целом.
– Ну, работать пойдёшь, свет очей моих? – в ординаторскую ввалился Брагин, причём с таким шумом, что никак не ожидавшая его появления Виктория едва удержалась от испуганного вскрика.
– Пойду. А что случилось? – девушка поднялась со стула и двинулась за мужчиной, на ходу принимая из его рук полузаполненный бланк.
– Девчонка, семнадцать лет, сильные побои, и разговаривать отказывается напрочь. Говорит, что с лестницы упала, за дурачков нас держит.
– Боится, наверное, – пожала плечами Ковалёва, рассматривая бланк. – Что у неё конкретно?
– Сотрясение, переломы рёбер и, скорее всего, руки. Ну и по мелочи – гематомы, ссадины, царапины… Там же написано всё.
– Ну да, простите.
– Нормально чувствуешь себя?
Виктория улыбнулась и повернулась к Брагину.
– Всё отлично, Олег Михайлович. Просто за картами засиделась.
– Смотри мне, – мужчина сделал строгое лицо и погрозил девушке пальцем, на что та лишь рассмеялась, а затем открыла дверь в палату. На кушетке лежала миленькая худенькая девушка, которая, лишь только увидев вошедших, демонстративно отвернулась к окну, чем вызвала у Виктории вздох.
– Привет, – показав Брагину, что тому нужно покинуть палату, Ковалёва осторожно присела на край стула. – Тебя же Катя зовут? Меня Вика.
– Лечить меня пришли? – рыкнула девушка. – Я врачу уже всё сказала.
– Да незачем мне тебя лечить, на это другие люди есть. Я просто поговорить с тобой хотела, ведь сама нечто похожее испытывала в свое время.
– Правда? – девчонка скосила подбитые глаза в сторону Вики и с подозрением глянула на неё.
– Такими словами обычно просто так не разбрасываются, – психолог тяжко вздохнула, на пару мгновений забыв о том, для чего она пришла в противошоковую палату, затем продолжила. – Меня изнасиловали и избили без малого год назад. И похвали судьбу за то, что ты обошлась без первого – синяки заживут. Знаешь, меня в своё время просто вынудили связаться с полицией, хотя я этого совсем не хотела, точно так же, как и ты сейчас. Но меня даже не спрашивали, и, если честно, то сейчас я им очень благодарна, потому что могу по улицам спокойно ходить, – на пару секунд Вика взяла паузу, чтобы сглотнуть и смягчить вмиг пересохшее горло, затем продолжила вновь. – Я тебя и не собиралась заставлять, просто мне тебя очень жаль, я правда понимаю, что тебе пришлось почувствовать. Помочь тебе хоть как-то хочется.
– Да не поможете вы мне, – девушка осторожно сложила руки на груди и вздохнула настолько глубоко, насколько позволяли сломанные рёбра. – Им ещё восемнадцати нет, ничего им не сделают, только на учёт поставят.
– Поверь мне, что это тоже очень подрывает и авторитет, и саму спесь. За что они тебя вообще?