Электронная книга - «Тогда шла война...(СИ)». Краткое содержание книги:
— Знаю, — ответил он, вынимая из ножен катану. — Но бестиконы слишком преданные твари. И потом, ты же подначивать после этого будешь! Так что — нет, — произнёс он, и они оба ринулись в бой.
Убегающие по узкой тропе боты старались не смотреть назад. Юнглинг, прижимаясь к массивной броне Бидсайда, мог лишь уловить лазерные вспышки, следующие одна за другой, и бесперебойно мелькающие тени, две из которых, попав в объятья выпущенных десептиконами сетей с электрическим глушащим импульсом, упали. Больше он не смог ничего увидеть.
========== Глава 19. Возвращение в конуру ==========
Первое, что увидел белый мех, придя в себя, был потолок, покрытый влагой и кое-где проступающими разводами. В обонятельные сенсоры мгновенно ударил резкий и до боли знакомый запах сырости. По корпусу пробежала мелкая дрожь из-за заполняющей пространство прохлады. Дисчарджер моргнул, привыкая к обстановке. Сегменты корпуса ныли, протяжно и томительно. Он предпринял попытку встать, но, тут же почувствовав рывок и сдавливающее ощущение на шее, резко опустился обратно. Потянувшись к беспокоящему месту, бот обнаружил туго затянутый вокруг его шеи ошейник с отходящей от него цепью, прикреплённой к блоку на стене.
Мех схватился за цепь, слегка потянув железку вниз. Со стороны раздался ехидный смешок. Дисчарджер обернулся на звук. У решётки с прутьями, поставленными вертикально, опершись на стену, стоя в свободной, слегка наклоненной вперёд позе, держа между пальцев тонкий, продолговатый стек, находился кон с изящной, даже скорее хрупкой конструкцией корпуса.
— А, очухался-таки, — дес с издёвкой бросил фразу в сторону Дисчарджера, следя за тем, как тот возится с «украшением». — Бестикон должен сидел на цепи, — с улыбкой проговорил он затем, просовывая сквозь прутья стек и начиная довольно нагло тыкать им в бота. Тот лишь недовольно поёжился, подбирая под себя замёрзшие серво и отворачиваясь прочь от десептикона. — Эй, ржавый хэтчлинг, каково вернуться в конуру? — бот ничего не ответил.
— Бестикон должен слушаться своего хозяина, — недовольно проговорил десептикон, нанося более жёсткий удар в область руки меха. — Отвечай, когда спрашивают! — на это светлый мех ещё больше ушел в себя, издавая раздражённый рык.
— Ах, ты ещё рычать тут вздумал?! — возмутился кон, ещё больнее ударив Рика тростью в область предплечья. Бот встрепенулся, издав сдавленный стон. — Тогда оставайся здесь и продолжай скулить, — презрительно проговорил дес, разворачиваясь и уходя прочь от камеры.
Наступила тишина. Но этот безмятежный отрезок времени не продлился долго. Вскоре у карцера собралось довольно большое скопление желающих взглянуть на химеру. В адрес Дисчарджера полетели оскорбительные выкрики и издёвки типа: «Эй, бестлинг, погоняйся за хвостом», «Дай лапу!», «А кто-нибудь видел, как он сливает отработку? Хех! Задрав серво, естественно», «Мерзкая тварь», «Ужасное существо»…
В это время мимо камеры проходил рядовой солдат, почти ещё юнлинг. Заметив его, один из мехов, стоящих возле клетки, смекнул, как им можно поразвлечься.
— Эй, спарк, — произнёс дес, хитро прищурив оптику и привлекая внимание мехлинга. — Подойди сюда, — он пригласительно махнул ему манипулятором. Мехлинг сконфузился, но противиться старшему по званию не посмел. Подойдя поближе к компании сплотившихся, он неуверенно встал перед оценивающими окулярами десептикона, ожидая, чего от него хотят.
— Зайди внутрь и покорми его, — приказным тоном проговорил десептикон, указательно ткнув пальцем в сторону сидящего около стены пленного. Юнглинг опешил. Послышался щелчок, и дверь в камеру открылась. Юнглинга без всяких объяснений просто насильно запихнули внутрь, бросив вслед электрошокер и кристаллик энергона. Солдатик стоял в ступоре, мелко подрагивая и не решаясь сдвинуться с места. Улыбчивые наблюдатели с интересом следили за этой картиной, подначивая недавнего спарклинга: «Давай. Чего стоишь? Не бойся! Он не кусается. Ну… Разве что манипулятор оттяпать может».
Пленный поднял мутный взгляд, начиная разглядывать мехлинга, и усмехнулся.
— Ишь, чего удумали, — тихо проговорил самурай, не поворачивая шлема в сторону кучки десептиконов и мельком оглядев оптикой испуганного мехлинга, вжавшегося в противоположную стену. — Что за представление вы здесь устроили? Вытащите спарка.
— А вот это тебя не касается! — презрительно выкрикнул один из конов, подобрав валявшийся на земле камень и со всей силы зашвырнул им в бота, попав точно в висок. Дисчарджера чуть откинуло в сторону, но он, не издав ни единого звука боли, спокойно повернул шлем с виднеющейся поблёскивающей струйкой небесно-голубой жидкости, стекающей ото лба и до конца подбородка.
— Ладно. Вытащите его кто-нибудь, — с безразличием произнёс какой-то кон в толпе, понимая, что желаемого шоу не будет, и махнув манипулятором в сторону зажавшегося спарклинга с испугом на фейсплейте. Вновь послышался щелчок, и мехлинга, небрежно схватив за плечо, выволокли из камеры и, толкнув вперёд, сказали: «Шагай, куда шёл». Солдатик неуверенно засеменил, спотыкаясь и неуверенно держась на своих двоих, удаляясь от скопления шутников.
Вскоре пространство вокруг угрюмого карцера вновь опустело. Бот остался наедине с собой. Что его тревожило сейчас? Трудно было сказать. Скорее всего, это было беспокойство за своих. Но больше всего его терзала всё же мысль, что он вновь находится всё в той же вонючей камере, в которой был сколько-то там астроциклов назад, терзаемый звериными повадками… и еще: где же сейчас Мэйнстрим? Оставшись в гордом одиночестве, он мог лишь предполагать, что же их может ожидать дальше.
Проходило время, брийм за бриймом, джоор за джоором. У бойца началось складываться впечатление, что проходили целые ротации. От нахлынувших ощущений в процессоре сами собой стали всплывать картинки и воспоминания. Перед оптикой возник образ компании, ютившейся под изолетиком в холодные часы дежурства…
***
— Эй, ребята. Представляете, через декацикл уже наступит лето. Чувствуете? — спросила заворожённая фем, взирая из-под изолетика на то, как быстро и незаметно для них, бойцов, изменяется окружающий мир. — А я и не заметила!
— Хм… Я ничего не чувствую, — с безразличием просипел закутавшийся в утеплитель светлый бот, высовывая оттуда лишь фейсплейт, холодными от накрывшего их муссона пальцами зажимая мундштук и мирно покуривая. — У меня сервоприводы только ноют от такой погоды.
— Да хватит тебе уже, — возмутилась ботка, вырывая из манипулятора изумившегося Рика тлеющую едким буро-серым дымком сигарету. — Дымишь просто не переставая. Это шлаково скажется на твоих вент-системах.
— Ну и ладно, — с кажущимся безразличием к своей потере проговорил мех, делая невозмутимый вид. — У меня еще есть.
«И в самом деле, Мэйнстрим, — с усмешкой на лице просигналил Грайдсворд резкими движениями кистей рук, блеснув отражением визора. — Не лишай бестлинга последней радости!»
— Да… Во мне говорят инстинкты бестикона, — с легкой обидой, закравшейся в его Искру, проговорил Дисчарджер, состроив упрекающее выражение лицевой и поворачиваясь к меху с татуировкой. — Но знаешь, в чём наше главное отличие?.. — он выдержал паузу, а затем просто встал и, не переводя на других взгляда, произнёс: — Ты и сам знаешь, — потом просто встал, развернулся и пошагал в глубь здания…
***
Так, сидя на холодном, влажном полу, прислонившись спиною к ледяной стене, уставившись недвижимой, словно у зомби, оптикой в одну точку, мех проводил часы своего заключения. Как ни странно, но сейчас даже поучения бирюзовой фемки в отношении его привычки уже не казались ему придирчивыми… Проходившие возле его камеры трансформеры становились лишь расплывающейся тенью в его глазах, растворяющейся медленно и плавно. Изредка бот прикасался к своему корпусу, ощупывая его, будто ища потерянное. «Катана… Где катана?..» — неохотно формировалась мысль в его процессоре, а пальцы потихоньку тянулись в стыки пластин. «Тоже пусто, » — с безнадёжностью осознал мех, прекращая свои поиски. У него полностью отняли все, что было, не оставив ничегошеньки.