Наваждение

- Виталий.

Дима не сказал ничего, кроме имени своего помощника. Но оно прозвучало жестко, коротко. Властно. С настолько слышимым, но непонятным ей приказом и даже какой-то угрозой, что Лиза сама невольно моргнула и посмотрела на Калиненко.

Удивленно уставился на босса и Виталий.

Дмитрий так же смотрел на него. Лицо Калиненко, вроде бы, не выражало ничего такого. Вообще ничего, в принципе. Он казался спокойным и невозмутимым. Но взгляд, направленный на Виталия точно нес какой-то посыл, неведомый Лизе. Дмитрий не то, чтоб часто одергивал при ней друга. Такое случалось на ее памяти только однажды. И потому она не очень разбиралась в нюансах их полутонов и недомолвок.

Зато Казак, кажется, этот посыл понял. И тот его не радовал, однозначно. Даже удивил.

- Дим? – с каким-то недоверием и удивлением переспросил он.

- Виталий, - тем же тоном и с тем же выражением лица повторил Калиненко.

Лиза же, все еще выставив перед собой нож, с непониманием следила за ними.

И тут Казак повернулся к ней. Причем, с совершенно непонятным выражением на лице: не осталось ни ехидства, ни насмешки, ничего. Он смотрел ровно, без всяких эмоций.

- Извините, Елизавета. Я был не прав. Этого больше не повторится, - выдал вдруг Казак.

Так, что Лиза оторопела и уставилась на него, чуть не уронив нож. Никогда бы не подумала, что когда-нибудь Виталию вздумается перед ней извиниться. Хоть и понятно, что тут сыграл роль Дима.

Не разобравшись до конца, что происходит на ее кухне и с какой стати эти двое устроили тут балаган, еще и ее втягивают, она передернула плечами. Отвернулась и снова занялась курицей, перекладывая ее в форму.

- Лиза, сделай нам чая, - видимо, посчитав ситуацию исчерпанной, Калиненко с видом хозяина прошел по кухне и уселся на свое прежнее место.

Не успев еще закончить с курицей, она опять обернулась и теперь посмотрела на Дмитрия: похоже, он действительно считал, что она сейчас все кинет и бросится делать им чай.

Какая прелесть! Лиза даже не знала, возмутиться или рассмеяться в полный голос от такого отношения. Хотя, наверное, раньше она и правда тут же поспешила бы исполнить «просьбу-повеление» Калиненко.

Однозначно, не сейчас.

Лиза опять отвернулась, вновь ощутив внутри кураж, уже начавший было угасать:

- Чая нет, Дмитрий Владленович. Закончился. А кто-то потребовал оливье, так что денег на него не хватило, - беззаботно «поделилась» она с ним ситуацией, игнорируя Виталия, который все еще стоял рядом. – Но, вам крупно повезло! У меня есть кофе. И даже кофеварка! – тоном продавца в «телемагазине» протяжно и восторженно протянула она, вытирая руки. – Можете сварить. Кофе вон в том шкафу, на нижней полке. Кофеварка – вот, - Лиза указала рукой на озвученные предметы. – Или, если сами не умеете, вот, Виталия озаботьте, - предложила она, видя, что Калиненко смотрит на нее с некоторым непониманием. – А я занята.

И Лиза принялась за программирование режима духовки.

Казак сбоку от нее как-то подозрительно хрюкнул. Калиненко же хмыкнул.

- А ты не обнаглела, Лиза? Я уже и сыт, а мне все еще кажется, что ты язва, знаешь ли, - как-то так недовольно протянул он.