Секретарша генерального (СИ)

В расстегнутой  белой рубашке, с темной порослью на груди, невероятно огромный и крепкий, как бык, налитой сплошными мышцами, он не останавливался ни на секунду, скользя руками по моему распластанному телу, изучая его, выстраивая так, как ему хотелось. Его взгляд то упирался в мои искусанные, раскрытые в стоне, губы, то в подпрыгивающие в такт его движениям груди, то ниже, туда, где он соединялся со мной, и в эти моменты движения были особенно резкими и сильными, а я уже не стонала, а кричала. Мне впервые было абсолютно наплевать на то, что подумают сотрудники, которых в этот ранний час принесет в офис, что решат уборщицы, наверняка уже моющие полы в коридоре на этаже. Все это не имело никакого значения для меня в тот момент. Только мое пульсирующее все сильнее желание, только яростные движения внутри, только этот невозможный, грубый, бесцеремонный мужчина, наконец-то показавший свою суть и сделавший то, чего так сильно хотел все эти годы. Чего я , оказывается, так сильно хотела. 

Я, чувствуя приближение желаемого взрыва, сильнее сжала своего любовника ногами, забормотала: "Быстрее, быстрее, ну же, быстрее!", но в ответ получила неожиданное:

- Нехер командовать здесь, кошка царапучая!

А затем неожиданная пустота внутри меня, вызвавшая почти болезненное ощущение разочарования, резкий переворот, и вот я уже стою коленями на столе, неимоверно широко расставив ноги, практически приняв позу лягушки из так любимой мною йоги, а гоблин врезается со всего размаху сзади, вызывая во мне новые крики. Потому что так сильнее, и острее, и понятное дело, что надо держаться, но можно про это не беспокоиться, меня очень ловко и сильно нанизывают на здоровенное орудие пыток, иначе и не назовешь этого его зверя. И  могла ведь кончить быстро и сладко, а теперь, после такой яростной атаки, кончала долго и ослепительно  до болезненности. И хорошо, что он поймал момент и, наклонившись, не прекращая своих бешеных движений , закрыл мне рот ладонью, потому что на мой крик точно бы сбежались все этажи, с первого по пятнадцатый. 

Он кончил следом, еще несколько раз ударив  в меня с такой мощью, что руки соскальзывали  с края стола, а уцепиться я уже  была не в состоянии, не было сил, навалился  на меня и какое-то время просто дышал мне в волосы. А затем медленно вышел, так же медленно потянул меня, развернул и усадил лицом к себе. 

Убрал волосы с мокрой шеи, наклонился и мягко и нежно слизнул выступивший пот. 

- Сладкая какая, сладкая... - забормотал глупости, но мне в этот момент казалось, что он, по меньшей мере, в любви признается. 

А может, так оно  и было? 

Я не стала сопротивляться, расслабленно и покорно отклоняя голову в сторону, чтоб он мог поцеловать ниже, и еще ниже. И еще. А, когда меня опять придвинули близко к краю стола, почувствовала , что он не насытился совершенно. Откинулась легко на спину и закинула руки за голову, давая обзор на свою грудь, наверняка, заманчивую в белом кружеве.