Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

– О, покажите! Или только устно?

– Посмотрим. Итак, первый вид: написанный от руки вроде бы реестр всевозможных преступлений. Начинается с подделки денежных знаков. Видимо, довольно старая история, ибо говорится о фальшивых банкнотах по пятьсот злотых. Вслед за фальшивыми купюрами следуют, по пунктам, кражи автомобилей, кражи со взломом и убийства.

– А в этот реестр не входит ли потеря почтового мешка с деньгами?

– Как же, входит.

– Тогда этот документ можете оставить в покое, вы отыскали черновик сценария. По нему так и не был поставлен фильм, мне казалось, я выбросила черновик.

– Я так и думал, но на всякий случай решил проверить. Второе: прокурорские акты в жутком состоянии, собственно, фрагменты, можно понять, что речь шла об убийстве, совершенном двумя братьями.

– Это тоже можно выбросить. Акты принадлежали моему второму мужу, сами видите, в каком они состоянии, потому что опрокинулся стол, и на бумаги вылились кофе, томатный сок и растительное масло, но потом муж сделал копию. Не спрашивайте, зачем я их хранила, сама скажу: собирала макулатуру, чтобы в обмен на нее получить туалетную бумагу. Правильно, это было еще в те, незапамятные времена, вы, наверное, не помните, молоды еще.

Капитан возразил:

– Нет, очень хорошо помню, мама тогда за макулатуру купила чайник.

И он почему-то вздохнул, но, спохватившись, с суровым видом продолжил перечень.

– Ну и, в-третьих, черная пластиковая обложка папки, очень потрепанная. В папке ничего не было, но за одной из корочек было спрятано вот это.

Вынув из кармана несколько листов бумаги, капитан положил их на стол. Это оказались анализы крови. Я подняла голову и торжествующе заявила:

– Ну, знаете ли! Сама собой восхищаюсь, ведь я догадалась, что у него могло это быть.

– У кого?

– У моего третьего, ну, скажем так — мужа. Должно быть, это те самые бумаги, о которых только и говорят. Значит, вот это анализ крови. А это что? Никак отпечаток большого пальца, лопнуть мне на этом месте! И тоже Сшпенгеля? И опять анализ крови, группа, подгруппа… Копия допроса по делу…

– Вот это и требуется! — обрадовался капитан. — С чего вы взяли, что это «копия допроса» и «по делу»?

Действительно, совершенно неразборчивые каракули невозможно было расшифровать, но мне очень хорошо знакомы эти угловатые червячки.

– Как же, сколько раз приходилось иметь дело с этими каракулями. Он разработал свою собственную стенографию и пользовался ею, меня научил, приходилось иногда помогать. Но теперь я уже многое подзабыла, если у вас много таких записей, придется, пан капитан, к какому-нибудь аптекарю обратиться, они мастера расшифровывать совершенно неразборчивые рецепты.

– Не беспокойтесь, у нас найдутся свои специалисты, но я подумал, вам легче прочесть ваши же бумаги. Вот эта буква игрек?

– Правильно, а вот та восьмерка с оборочками — зет. И значит, тут написано: «Убил Фордокса». Ой, нет, извините, не Фордокса… никак не разберу, может, Фанфана?