Погоня за панкерой [The Pursuit of the Pankera - ru]

Я ожидал, что церемония закончится, как только мелодия доберется до своей грохочущей кульминации – потому что они не могли сыграть наш гимн, поскольку не знали, откуда мы. Я ожидал, что последует команда «к ноге», и приготовился подать сигнал Джейку.

Нет! Где-то в задней части огромного зала, примерно в полукилометре от нас пронеслась серия вспышек, а через две секунды прилетело мощное «Ка-бууммм!». За звуком последовало многократное эхо от пола, стен и потолка, и оно еще не стихло, когда последовала новая серия вспышек. Традиционный черный порох? Я не знал, но все указывало на него. Если так, то у них наверняка были мощные поглотители, чтобы убирать дым. С другой стороны, это могла быть точная симуляция – ни пороха, ни пушек. (Я так и не поинтересовался, что это было.)

Я считал четырехсекундные интервалы между вспышками, гадая, на чем они остановятся. Двадцать один? Пятьдесят? Еще больше? Порт-адмирал и его свита стояли, замерев, отдавая честь, почетный караул держал оружие на караул. После двадцать первой вспышки я отсчитал шесть секунд и понял, что они закончили – и когда грохот стих, подал сигнал Джейку: «Клинки… наголо!» Мы отработали все как часы, двенадцать секунд выверенных движений. Краем глаза я увидел, как Дити слегка, но достойно поклонилась, когда наши клинки были в воздухе, и выпрямилась, когда мы закончили; Хильда не отстала от нее. Наш жалкий салют был ничто рядом с их торжественной встречей, но мы сделали его как надо. Я почувствовал облегчение.

– К но-ге! – прогромыхали динамики.

Свита порт-адмирала расслабилась и двинулась к нам, а мы двинулись навстречу. Были сделаны представления, я услышал, как собранным частям приказывают «вольно по-парадному». Все встречавшие нас носили Линзы, двое были в серой кожаной униформе, но ни один не был тем самым Серым Ленсменом, Киннисоном. Порт-адмирал Хэйнс по рангу мог носить серое, но предпочел принять на себя бремя главнокомандующего и носил черное со знаками различия. Однако медалей у него на груди не было, он носил только одну, на шее.

Вскоре из-за оркестра появился автомобиль, или точнее сказать – «транспортное средство», поскольку это была очень низкая платформа с длинной скамьей на ней – ни колес, ни шума, никакого двигателя, органов управления или водителя. Она остановилась рядом, порт-адмирал подал руку Хильде и усадил ее, его флаг-лейтенант капитан Фернандес усадил Дити, а мы с Джейком устроились между доктором Лейси и коммандером Тедом Смитом (все еще одетым в форму капитана). Дюжина других офицеров куда-то рассосалась (я не увидел куда), и едва мы ввосьмером уселись, как наш экипаж двинулся вдоль строя со скоростью примерно в три узла.