Секретарь старшего принца 8

Он подступает ближе, накрывает меня золотым крылом, трётся шеей об шею, мордой об морду, и чешуйки приятно шелестят и позвякивают.

— Ур-р-р! — не выдерживаю я, и Элор вторит:

— Ур-р-р!

Но горизонт светлеет, и нам приходится отступить друг от друга, чтобы бодро зашагать к храму, в котором сочетаются браком только драконы с драконессами.

Я наслаждаюсь каждым шагом. Каждым мигом пребывания в драконьей форме. А храм всё ближе. Ощущение величия и силы пронизывает воздух, меня и Элора, пробуждает какую-то сладкую дрожь в сердце.

Не сговариваясь, просто по взаимному пониманию желаний, мы в драконьем виде поднимаемся по огромным каменным ступеням. Не уверена, что смогла бы с такой же душевной лёгкостью подниматься к массивным дверям храма, если бы не сумела принять драконью форму, поэтому особенно хорошо, что у нас получилось.

Огромные двери открываются перед нами сами.

В этом храме никого нет, только двое желающих соединить свою жизнь могут подойти к ступеням, войти в этот зал с пылающим посередине вогнутого пола огнём. Этот огонь парит в воздухе, не касаясь монолитного камня.

Оранжевые отсветы озаряют стены, дотягиваются до высокого купольного свода. Огонь кажется живым. Храм пронизан присутствием высшей силы, самого Бога, создателя миров и нас, драконов.

Дыхание перехватывает, хочется преклонить лапы, но в этом нет необходимости. Я знаю — это пламя ждёт нас с Элором. Храм нас ждал.

И даже не верится, что всего этого могло и не быть.

Вместе мы идём к огню. Пламя взвивается к потолку, расширяется в стороны.

Как же трепещет сердце, не верится, что всё происходит на самом деле.

Переплетая крылья, словно одно восьминогое целое, мы с Элором шагаем в божественный огонь.

И храм растворяется, оставляя нас парить в облаках и смотреть, как восходящее солнце изгоняет с небосклона звёзды, сметает их, словно взмах крыла рассыпанный бисер.

Здесь тепло и уютно. Рассвет стремительно растворяет тьму, наполняя густой свежий воздух лиловыми отсветами, подкрашивая облака, серебро и золото чешуи.

Скоро, совсем скоро сквозь облака прорвётся первый золотой луч солнца, и к этому времени мы должны произнести клятву.

Мы с Элором парим среди облаков, для этого полёта не нужно усилий наших крыльев, да и не могли бы мы ими взмахивать — так крепко держимся друг за друга.

Элор изгибает шею, чтобы заглянуть мне в глаза:

— На заре нового дня начинается наша новая жизнь. Теперь судьба наша — быть вместе, и я не желаю иного. Будешь ли ты, Риэль, моим сердцем, моей душой, моей жизнью?

— Да, — произношу я словами и мыслями. — Будешь ли… Нет, не так, — я качаю головой, отказываясь от традиционной формулы, ведь Элор её тоже нарушил, добавил своего про жизнь. — Ты, Элоранарр, моё сердце, моя душа, моя жизнь. И моя собственность. Принимаешь ли ты это?

— Да!

Наконец, будто выпущенное после долго заточения, солнце вырывается из-под покрова облаков, и луч золотого света ударяет в нас, разливается по чешуе. Мы с Элором синхронно вытягиваем лапы: на запястьях проступают светящимся огнём брачные узоры с именами друг друга. Переглядываемся довольно.