ГРУ на острие Победы. Военная разведка СССР 1938-1945

Харламов сел за стол. Несколько секунд в зале сохранялась тишина. Харламов смотрел на Брука. Фельдмаршал молчал. Тишину, предвещавшую нечто необычное, прервал адмирал флота Эндрю Каннингхэм. Обращаясь к Харламову, он сообщил о том, что союзники через два дня начинают операцию «Overlord».

Новость действительно была чрезвычайно важной. Согласовав с английскими генералами свои действия, Харламов сообщил о решении союзников в Москву, где ожидали этого более двух лет. Уже два года Красная армия, неся тяжелые потери, сдерживала натиск германских армий, которые рвались к Москве, Ленинграду и в южные районы России. Победы под Москвой, Сталинградом и на Курской дуге переломили развитие событий на советско-германском фронте. Харламов знал, что летом 1944 года Красная армия нанесет по германским войскам новый удар, который может окончательно лишить германское командование стратегической инициативы. Союзники это тоже понимали. Настало время и англо-американцам совершить бросок через Ла-Манш. Надо было спешить. Иначе Красная армия могла и своими силами покончить с Гитлером и его союзниками.

Донесение Харламова было немедленно доложено заместителю начальника Генерального штаба генералу армии Антонову. Он знал, что операция союзников должна была начаться 31 мая. Об этом Антонову сообщили военные атташе США и Англии на встрече в конце апреля в Генеральном штабе. День открытия второго фронта союзниками приблизился и стал реальностью. Наступал новый этап войны. Антонов знал, что тот, кто вынужден воевать на двух фронтах, обречен на поражение. Разгром фашистской Германии стал неизбежен.

Генерал считал, что участие Харламова в операции союзников было необходимым. Красная армия и военно-морской флот еще не имели опыта проведения совместных операций такого масштаба, как «Overlord». Вице-адмирал Харламов мог лично участвовать в крупной совместной операции с силами флота, сухопутных войск и авиации. В будущем этот опыт мог бы весьма пригодиться.

Количество войск, предназначенных для переброски через Ла-Манш, союзники держали в строжайшем секрете. Процесс подготовки к вторжению тоже являлся военной тайной. 10 марта 1944 года английский военный кабинет принял постановление, по которому въезд и выезд населения из районов, имевших отношение к исходной позиции, без разрешения властей был запрещен. Были отменены отпуска для всех военнослужащих; дипломаты всех стран, кроме СССР, США и доминионов, не могли покидать Великобританию без специального на то разрешения. Они также не могли посылать или получать через курьеров, по телеграфу или диппочтой непроверенные цензурой сообщения.

Вице-адмирал Н. М. Харламов, вспоминая дни, предшествовавшие началу операции «Overlord», писал: «В интересах скрытности штаб, разрабатывающий операцию, на два месяца был полностью изолирован от внешнего мира. Никто из штабных работников не имел права выходить за пределы установленной и строго охраняемой зоны. Внешняя телефонная связь в помещениях отсутствовала. Вместе с тем был специально сформирован фиктивный штаб группы армий, расположенный в юго-восточной Англии. Он занимался планированием вторжения через Па-де-Кале и искусно снабжал фашистскую агентуру ложными сведениями. Были также приняты меры и для подавления системы технического наблюдения противника. Еще задолго до вторжения союзники знали почти все места расположения радиолокационных станций на французском побережье, но не разрушали их, намереваясь вывести эти станции из строя в такой момент, который исключал бы возможность их восстановления к началу операции. Радиолокационные станции были подвергнуты массированному воздушному удару за три дня до высадки, что существенно нарушило вражескую систему технического наблюдения»[325].