Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3

— Естественно, — ответила миссис Уорвик. — Ричард не был скупым в денежных вопросах. Но его предложение было отклонено. С негодованием отклонено, могу заметить.

— Все логично, — пробормотал инспектор.

— Насколько я знаю, жена Мак-Грегора умерла, — вспомнила миссис Уорвик. — Этот мальчик стал для него главным смыслом жизни, и вдруг он потерял его. Трагедия, настоящая трагедия.

— Но по вашему мнению, ваш сын был ни в чем не виноват? — спросил инспектор, и поскольку миссис Уорвик не ответила, он повторил свой вопрос: — Я спрашиваю, ваш сын был невиновен в этом несчастье?

Еще немного помолчав, миссис Уорвик наконец сказала:

— Я слышала ваш вопрос.

— Возможно, вы не согласны, — настаивал инспектор.

Миссис Уорвик смущенно посмотрела в сторону, теребя пальцами край подушки.

— Ричард слишком много пил, — в конце концов сказала она. — И тот день, конечно, не был исключением.

— Рюмочка хереса? — искушал ее инспектор.

— Рюмочка хереса! — с горьким смехом подхватила миссис Уорвик. — Он был тогда изрядно пьян. Пьянство вошло у него в привычку. Вот тот графин, — она показала на графин, что стоял на столике рядом с креслом, прямо напротив дверей. — Так вот, этот графин наполняли каждый вечер, а к утру он, как правило, бывал практически пуст.

Сидя на скамеечке для ног и поглядывая на миссис Уорвик, инспектор спокойно сказал:

— Значит, вы полагаете, что ваш сын был виноват в том несчастном случае?

— Разумеется, он был виноват, — ответила она. — Я никогда не имела ни малейшего сомнения на этот счет.

— Однако его оправдали, — напомнил ей инспектор.

Миссис Уорвик рассмеялась.

— Благодаря той сиделке, которая ехала с ним в машине. Благодаря сестре Уорбертон. — Она усмехнулась. — Глупая женщина, она была очень предана Ричарду. Я подозреваю, что он щедро расплатился с ней за ее показания.

— Вам точно известно об этом? — резко спросил инспектор.

— Мне ничего не известно, — не менее резким тоном ответила миссис Уорвик. — Я сама пришла к такому заключению.

Инспектор прошел по комнате и взял у сержанта Кэдволладера блокнот с записями, а миссис Уорвик тем временем продолжала.

— Я говорю все это сейчас, — заявила она, — поскольку вам ведь наверняка хочется знать правду, не так ли? Вы хотите убедиться, была ли достаточно веская побудительная причина для убийства со стороны отца того ребенка. Так вот, по моему мнению, она была. Только я не предполагала, что по прошествии столь долгого времени… — Ее голос постепенно сошел на нет.

Инспектор наконец оторвался от изучения следственных записей.

— Вы слышали что-нибудь вчера вечером? — спросил он.

— Понимаете, я немного глуховата, — быстро ответила миссис Уорвик. — Я ни о чем не подозревала до тех пор, пока не услышала встревоженные голоса за дверью моей спальни. Я спустилась сюда, и Жан сказал: «Ричарда убили. Ричарда убили». Сначала я подумала… — она провела ладонью по глазам, — я подумала, что это какая-то шутка.