Русская идея [calibre 5.27.0]

«Я видела, как увеличивается заряд ненависти, как наливаются яростью лица, как сжимаются кучаки... Чу гь поодаль стояли чернорубашечники, представители Союза русской молодежи. Кохда я подошла, слушателем предла1алось записываться в отряды народного ополчения. чтобы бороться за восстановление на престоле православного русского царя, а не жидовских наймитов. Поднятые над толпой лозунги предла1али удавить одной веревкой Абрама Яковлева и Козырева Андрея Абрамовича фечь шла. конечно, об Александре Николаевиче Яковлеве и Андрее Владимировиче Козыррве). И здесь тоже скандировали «Иуду повесить!» и размахивали хоругвями... Эмоции нака тялись. С криком «Долой жидов с телевидения» толпа кинулась штурмовать телецентр началась потасовка с милицией, которой почему-то было мало». а в Козырев

(Вторгнусь на минуту в рассказ Марины. Похоже, московские власти и в 92-м жили представлениями 1917: «почта, телеграф, телефон». Небось, даже обрадовались, что не в центре города собрались «непросвещенные» патриоты, а в Останкино, на отшибе. Достаточно сказать, что в разгар событий начальник московской милиции Мурашов уехал с женой на Филиппины. Даже в голову ему, по-видимому, не пришло, что могло бы произойти в России - и в мире, - захвати тогда «патриоты» телецентр и объяви на всю страну, что власть переходит в руки Русского национального Собора! Страшен сон да милостив Бог. На этот раз была в Останкино лишь репетиция штурма. Когда «патриоты» вернутся в следующем году с оружием в руках, телецентр будет охранять отряд спецназа. Научило, значит, чему-то 12 июня власти. Ничего этого не могла, конечно, знать Марина, потому и удивлялась).

«Какая-то взлохмаченная дама с глазами, вылезающими из орбит, лупила древком знамени милиционера, который не пропускал ее в здание. Группа рядом с ней старалась разбить линию металлических барьеров и кричала «Сионистов к ответу!» и «Где прячется жид Яковлев?» (Здесь уже речь о Егоре Яковлеве, тогдашнем председателе телерадиокомпании). После драки с милицией группа митингующих прорвалась в телецентр и была принята Егором Яковлевым, который согласился начать переговоры о телевизионном времени для оппозиции, но в понедельник, 15 июня».

На следующее утро Марина вернулась в Останкино. И вот что она увидела. «Перед моими глазами раскинулся палаточный городок, обвешанный лозунгами. Я спросила одного из палаточников: «Скажите, пожалуйста, а что вы сделаете, если вам не дадут так много времени на телевидении, как вы хотите?» Ответил однозначно: «Перебьем всех жидов».

В это время от дверей телецентра послышалось много раз повторенное: «Жид, жид, жид!». Я бросилась туда. По обе стороны от входа в две шеренги стояли субъекты, часть которых не вполне твердо держалась на ногах. Они рекомендовали себя представителями Русской партии. Каждый входящий в телецентр подвергался оскорблениям. При мне девушка явно славянской вне.шности попыталась не идти сквозь строй, а выскочить наружу. Не тут-то было, партийцы взялись за руки и прогнали голубоглазую красотку под крики «жид» через весь коридор. Большинство телевизионщиков шли сквозь строй молча, стараясь не поднимать глаз. Я стояла около получаса и ничего, кроме «Жид, убирайся в Израиль!» - не слышала. Скандировали громко, с лихостью.