Иван Тургенев и евреи [litres]

Особо отметим здесь, что «дьявольски умным жидком», с которым познакомился Тургенев в Париже, был Генрих Бернард Оппенгейм, хороший знакомый Герцена[421]. Уже в то время он являлся очень видной и колоритной фигурой на германской политической сцене и известным общественно-политическим мыслителем в европейских радикальных кругах.

Выходец из знаменитой еврейской банкирской семьи он в 1840-х годах был профессором Гейдельбергского университета, где преподавал политологию и международное право. Опубликовал в те годы ряд научных книг либерально-демократической и республиканской направленности. Его последней работой в качестве академического ученого была «Система международного права» (Франкфурт-на-Майне, 1845 г.). После революции 1848 г. Оппенгейм, полностью посвятивший себя политике, издавал в Берлине радикальную газету «Die Reform. Орган демократической партии», но в том же году принужден был под давлением прусских властей выехать за границу. Жил в княжестве Баден, затем главным образом в Париже. В 1860 г. Оппенгейм вернулся в Пруссию значительно поправевшим и приступил к изданию в Берлине «Deutsche Jahrbücher für Politik u. Litteratur» («Немецкий ежегодник политики и литературы», 1861–1874). В своей очередной книге «О политическом и гражданском исполнении долга» (1864) Оппенгейм назвал «упадок идеализма» как основную причину политической болезни, которую он видел в «слишком большой способности общественных элит адаптироваться к изменившимся обстоятельствам». После избрания в рейхстаг в 1873 г. Оппенгейм окончательно отказался от радикальных убеждений и стал ревностным сторонником Бисмарка, – см. о нем подробнее в [WIPPERMANN].

В тургеневской беллетристике еврейская тема эпизодически затрагивается, о чем подробно речь пойдет ниже. Но при всем том нельзя не констатировать как очевидный факт, что: