Чего я не могу понять, так это что случилось с землей.
Исчезло несколько дюймов земли, обнажив каменный диск примерно пяти футов в диаметре, известково-белый с рельефной черной решеткой и приподнятый над серым полом на дюйм-другой.
— Смахивает на то, что мы открыли сверхсовершенный пылесос, — отозвался Макс, откладывая видеокамеру и разглядывая решетку с приличного расстояния. Тут еще слишком много неизвестного, и последовать за землей Макс вовсе не собирался.
— Вот эта, — указала Эйприл на изображение дерева. — Надо всего-навсего прикоснуться к стене.
— А не попробовать ли нам еще разок?
— Но на сей раз с чем-нибудь более наглядным, чем земля, — согласилась она.
Внутри стояло несколько деревянных стульев для отдыха рабочих. Макс взял один из них и установил на решетку. Затем приготовился к съемке и дал знак начинать.
Эйприл прижала ладонь к стене напротив дерева.
Пиктограмма начала светиться.
— Есть! — кивнула Эйприл.
Но ничего не произошло, и свечение внезапно исчезло.
Макс поглядел на пиктограммы. Сделаны они со вкусом, но выглядят скорее функциональными, нежели декоративными. И тут ему на глаза попалась немного утопленная в стену пластина у самого пола. Может, еще один выключатель?
— Что ж, давай, — подбодрила его Эйприл. — Попробуй.
Макс нажал на пластину и почувствовал, как что-то щелкнуло. В стене распахнулся круглый лючок дюймов семи в диаметре. Под ним обнаружились провода.
— Ну, хоть что-то, — оживился Макс. — Мы выяснили, что наши выключатели подключены к источнику тока.
— А что, если попробовать другую пиктограмму? — предложила Эйприл.
Направив камеру на стул, Макс включил запись.
— Наверно, стоило бы убедиться, что мы не стоим на одной из таких решеток, — подала голос Эйприл.
Макс каблуком расковырял землю под собой и не обнаружил никакой решетки.
— По-моему, нам ничто не грозит.
Рядом с деревом был символ, напоминающий вьющийся дымок. Эйприл притронулась к нему, но тот остался темным.
— Кажется, не работает, — заметил Макс.
— Очевидно. — Почти небрежно Эйприл притронулась к пиктограмме яйца. Та засветилась. — Горит.
Макс попятился на пару шагов и снова включил камеру.
Эйприл бросила взгляд на часы.
В видоискателе светилась красная лампочка. Камера вдруг потяжелела, и Макс передвинул ее на плече чуточку повыше.
Он уже начал подозревать, что феномен не повторится, когда в центре видоискателя вспыхнула крохотная звездочка.
— Двадцать три секунды, — сообщила Эйприл.
Звездочка разрасталась и становилась ярче.
— Боже мой! — выдохнул Макс. — Да что же это такое?!
Сияние охватило стул.
Макс следил за вспышками и переливами света до рези в глазах. А затем все исчезло.
И стул в том числе. Перед ними была лишь чистая решетка.
* * *
Эдуард (он же Дядюшка Эд) Кроули уже третий год работал главой администрации в корпорации «Тредлайн», дочерней компании фирмы «Крайслер», три года назад добившейся независимости и большого успеха благодаря выпуску добротных автомобилей по разумным ценам (девиз компании), с особым упором на качество последующего обслуживания.
Дела «Тредлайн» шли лучше некуда. Придерживаясь принципа разумной командной работы, корпорация избавилась от руководителей с диктаторскими замашками, заменив их людьми, умеющими поощрять инициативу и ободрять подчиненных, способных принимать самостоятельные решения, да при том следить, чтобы все старались добиться успеха. И вот наконец все утряслось. В прошлом квартале «Тредлайн» получила первые стабильные прибыли, и теперь кривая доходов явно поползла вверх. По мнению Дядюшки Эда, будущее сулило им только процветание.
