Сатисфакция. Горький вкус мести

— Зря ты это сделала, киска, — донеслось до нее, будто сквозь вату. Зрение постепенно стало восстанавливаться, хотя всё казалось размытым. — Мы с тобой просто играем….

Даша почувствовала, как ей завязывают рот. Она попыталась мотнуть головой, но сильнейший приступ боли заставил ее пожалеть о том, что она сделала. Руки Вадима в это время уверенно и деловито завязали какую-то грубую веревку, смахивающую на канат, только чуть тоньше. Даша подумала о том, что делал он это настолько профессионально, что практически не оставалось сомнений в том, что Лана стала его не единственной жертвой. Этот садист, наверняка, развлекался тем, что похищал девушек и мучал их. Ему нравились власть и боль… Они делали его властелином, хотя на самом деле он являлся простым моральным уродом. Но в руках этого урода теперь находилась жизнь Даши.

Закончив с работой по лишению жертвы возможности издать хотя бы звук, Вадим встал возле девушки и медленно провел масляным взглядом по ее телу. От этого взгляда девушка задрожала, но не от похоти и страсти, а от страха и отвращения.

— Ну-ну, легче будет это сделать в тишине, — прогнусавил он, — хотя от такого звукового сопровождения я бы не отказался. Но Бес запретил мне тебя трогать, а я не хочу, чтобы он мне помешал в самом разгаре нашего с тобой веселья.

Дальше начался медленный тихий ужас и полное осознание своей беспомощности. Вадим порвал черный бюстгальтер, одетый на ней и стал издеваться над ее грудью, по-другому просто не скажешь. Он выкручивал, сжимал, кусал со всей силы, оставляя следы на ее теле, будто бы пытался впечатать в неё следы насилия, заявляя кто именно это сделал. Даша в какой-то момент отрешилась от происходящего, будто бы наблюдая со стороны. Ей стало всё равно, что с ней делают. Беляева просто лежала, не двигаясь и не реагируя на происходящее. Мозг вяло обрабатывал получаемую информацию, а девушка лишь и могла думать о том, что сделает Виталий с этим уродом, когда вызволит ее. Если конечно вызволит. Дарья почему-то была уверенна, что Вит ее вытащит отсюда и отомстит этому сукиному сыну за всё. Беляевой бы выжить и дотерпеть до того момента, когда Вит разберется с Вадимом. Только ведь… Что потом? Эта мысль ее напугала больше, чем любые пытки и боль, которые мог ей причинить Вадим. Вдруг после всего Виталию она станет противна… Слеза скатилась по щеке. Она не плакала все это время, пока Вадим над ней издевался, но одна мысль, что Воронов отвергнет ее, вызывала боль в стократ сильнее любой физической. А ведь Вит не знал, что именно с Вадимом она ему изменила когда-то. Что будет, когда он узнает?