Эрбат. Пленники дорог (СИ)
- Автор: Корнилова Людмила
- Серия: Эрбат #1
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Эрбат. Пленники дорог (СИ)». Краткое содержание книги:
— Объясни, что тебе не ясно?
— Я имею в виду свое чуть ли не воскрешение из мертвых. Вначале посчитал, что выздоровел сам по себе. Потом, когда первая радость спала, до меня стало кое-что доходить. А точнее, стал понимать, что с моей поправкой не все так просто. Я-то знаю как приходят в себя люди после серой лихорадки. Выздоравливают медленно и тяжело. А у того меня и близко не было. Просто сразу проснулся здоровым. Лиа, почему ты так поступила?
— Как именно? Ты о чем спрашиваешь? Почему я ушла?
— И об этом тоже…
— Знаешь, стоит нам с тобой остаться вдвоем, как мы непременно сцепимся друг с другом… До сих пор не понимаю, как мы еще не убили друг друга!
— Не без того — усмехнулся Кисс. — Но я спрашиваю тебя вовсе не о том. Так что не уводи разговор в сторону…
Как оказалось, вначале Кисс, глядя на меня, решил, что я простудилась. И хотя до того он уже успел на меня очень крепко разозлиться, но решил, что мое нежелание трогаться с места — обычный каприз больного человека. Правда, когда вернувшись после недолгой отлучки на реку, он не нашел меня на месте, то вдобавок здорово растерялся и испугался. Отыскать меня он сумел только под утро, когда стало рассветать… Как он меня нашел? Сказал, что по следам, да еще чувствовал, куда надо идти… Оказывается, я прошла от реки довольно далеко в глубь леса. Лишь найдя меня, Кисс заметил, что не только его, но и моя рука перевязана лоскутами из его рубашки. Я уже была в глубоком беспамятстве, только бредила…
Чуть позже, вслушиваясь в мои бессвязные речи, и, так сказать, расставляя кое-что из услышанного по местам, Кисс стал о многом догадываться, в том числе и о причине своего внезапного выздоровления. Вначале он обратил внимание на то, что лоскутами из его рубашки перевязаны и моя рука, и его… Однако окончательно он удостоверился в том, что произошло, лишь тогда, когда обнаружил, что у меня нет ни браслета, ни сережек, а из его кошелька исчезло все золото…
— Я из тех, кто в этой жизни повидал многое. Когда сопоставил между собой кое-какие факты, то многое стало понятным. Ты сделала переклад. Знаешь, Лиа, я никак не ожидал от тебя такого! Совсем не ожидал… О перекладах я, конечно, слышал, и даже как-то довелось общаться с одним из тех, на кого его делали… Так что имею представление, что это такое. В общем, должен признаться, ты меня удивила. У меня сложилось о тебе несколько иное представление…
— Не поделишься — какое именно?
— Кстати, у тебя на руке три шрама. Не знаю, понравится это тебе, или нет, но я вынужден был перебинтовывать твою руку. Во — первых, повязка сбилась, а во — вторых мне надо было удостовериться в своих подозрениях… Так вот, один из шрамов совсем старый. Я тут вспомнил кое-что, в том числе и твой разговор в тюрьме с княгиней Айберте. Если ты помнишь, я при нем присутствовал… Она и была тем человеком, с которого на тебя впервые делали переклад?
— Тебе-то что за дело?
— Лиа, я просто спрашиваю. Не надо встречать мой вопрос в штыки. Возможно, нам с тобой не один день придется провести вместе, пока не выберемся к человеческому жилью. Я просто хотел бы знать о тебе чуть больше, так что мой вопрос пусть тебя не обижает. Конечно, если тебе это неприятно, то можешь не отвечать. Просто я понимаю, что судя по времени, когда ты получила этот шрам… Похоже, когда на тебя делали первый переклад, ты в то время была еще совсем ребенком! Мой жизненный опыт подсказывает мне, что это случается лишь в том случае, когда родители или хотят заработать подобным образом, или стремятся избавиться от ненужного ребенка, или же поступают так, если в родне имеется некто другой, более ценимый человек, благо и здоровье которого ставится куда выше…
— Похоже, ты не очень хорошо думаешь о людях…
— У меня для этого есть все основания, в том числе и куда больший жизненный опыт, чем у тебя. Итак? Как всегда, будешь отмалчиваться, или уводить разговор в сторону?
— Ну, деньги в том, в первом случае, были ни при чем. Хотя в целом, насчет первого переклада, ты прав… Его делали с… Это была моя… В общем, нынешняя княгиня Айберте.
Не знаю, отчего у меня вырвались эти слова. Сами собой, помимо моей воли. Не поверите, но мне отчего-то не хотелось вспоминать об Эйринн, и дело тут было не в моем чувстве вины перед ней. Малышку Эри в детстве и юности я вспоминаю без вражды и с потаенной грустью, но Эйринн… В чем дело? Неужели только в растревоженных воспоминаниях о Гайлиндере? Или оттого, что я никак не могу отделаться от мысли, что гибель Гайлиндера отчасти лежит на князе Айберте, а Эйринн, зная о том, тем не менее молчит о произошедшем? Или же здесь иная причина? Интересно, как бы я повела себя, если б вдруг стало известно, что я, пусть и помимо своей воли, но сопричастна к смерти любимого человека, того же Вольгастра? Ой, нет, такого греха на своей душе иметь не желаю ни за что на свете! Пусть Вольгастр живет, пусть у него все сложится хорошо, пусть его дальше по жизни ведут Пресветлые Небеса, а моя пока еще так и не прошедшая обида… Конечно, та рана на душе все еще кровоточит, но время постепенно должно залечить многое…
— А второй шрам на твоей руке? — не отставал Кисс. — Он же совсем свежий! Хотя у эрбатов и быстро затягиваются раны, но, тем не менее, ты его получила совсем недавно. Хотя мог бы и не спрашивать, ответ на этот вопрос лежит на поверхности… Скажи, ради кого из этих двоих ты пошла на такой риск?
— С чего ты решил…
— Раз у нас в караване вспыхнула серая лихорадка, то будет вполне очевидно предположить, что кто-то из этой сбежавшей парочки мог заболеть. Или оба, или, что более вероятно, один. Видишь ли, почти заживший шрам у тебя на руке только один, а что касается все тех же наших с тобой общих знакомых, то они оба живы и здоровы. Так который из них заболел в дороге?
— Тебе-то до всего до этого какое дело?
— Лиа, ты опять, как ёжик, иголки вперед выставляешь. Зачем? Не стоит. Неужели так сложно ответить на простой вопрос? Не думаю, что это тщательно хранимая государственная тайна.
— Хорошо — пожала я плечами. — В этом нет секрета. Заболел тот, что помоложе.
— Помоложе… — усмехнулся Кисс. — Можешь сказать прямо — принц Домнион. Кто именно была та парочка, что сбежала вместе с тобой — о том я узнал в Стольграде… Надо же, в какую знатную компанию мне посчастливилось затесаться! Княгиня и принц… Интересно, что они пообещали тебе за переклад? Наверняка клялись золотом осыпать, не иначе! Тут мне стоит призадуматься, чем я с тобой расплачиваться буду…
— Ты, кот ободранный!.. — несколькими словами он снова сумел вывести меня из себя. — Да пошел ты знаешь куда? Я перед тобой отчитываться не обязана! И от тебя мне ничего не надо! Век бы тебя не видеть!..
— Всеблагой, какие чувства!.. Я так понимаю, что хотя бы должен сказать тебе спасибо за все то, что ты сделала ради меня…
— Знаешь, я прекрасно проживу без твоей благодарности! Вот уж в чем — чем, а в ней я нуждаюсь меньше всего.
— И все же, отчего ты так поступила? Я имею в виду мое необычное выздоровление…
— Да уж никак не ради страстной любви к твоей ехидной улыбке!
— А если серьезно?
— Отстань…
— Не могу это сделать, пока не получу ответ на свой вопрос. Интересно знать: ради чего женщины совершают подобные поступки? Раз о высоких чувствах здесь речь не идет, то должна быть другая причина. Все же это меня касается, а не чужого дяди.
— Считай, что в моей голове тогда что-то перекосило не в ту сторону. У обозленных баб подобные заскоки случаются. Такой ответ тебя устроит?
— Вполне. А сейчас поведай мне честно, как на духу: неужели тебе ради меня любимый браслет не жалко было отдавать? Помню, ты с него глаз не сводила… Да, а все же интересно: кто тебе этот браслет подарил? Этой подробностью ты со мной не поделилась…
— Кисс, и я тебе также отвечаю, как на духу: таких козлов, как ты, я еще не встречала! И зачем я с тобой откровенничать стала?
— Лиа, ты опять начинаешь? А как же договор о ненападении?
— Я его не подписывала!
— Зато было устное соглашение.
— Это оттого, что ты прикинулся передо мной раскаявшимся и заботливым, а на самом деле каким язвой был, таким облезлым котом и остался! Надо же такое придумать: договор о ненападении!.. А кто меня подкалывает без остановки?