Не в этот раз, Судьба

— Адам...

Голос Блейк оказался наполнен надеждой, гневом и печалью.

Надеждой на то, что ее старый друг им поможет.

Гневом от того, во что он превратился.

Печалью от осознания, что никакой помощи всё равно не будет.

— Я лично обучал тебя, Блейк, — произнес Адам. — Я сделал тебя той, кем ты сейчас являешься. Я создал нынешний Белый Клык. И знаешь почему? Потому что этого желала ты сама.

— Ничего подобного я не желала! — воскликнула Блейк. — Я не хотела, чтобы мы стали убийцами и террористами, Адам. Я никогда не говорила, что мы должны резать ни в чем не повинных людей!

— Ты хотела равенства.

— Это вовсе не равенство! Люди ненавидят тебя, и я их понимаю!

Адам зашипел. Для того, чье лицо было скрыто маской, его эмоции читались даже слишком легко. Там и были-то всего лишь гнев и ненависть.

Жон попытался пошевелить руками, но вспыхнувшая в них боль заставила прикусить губу, чтобы не закричать. Белый Клык не отличался ни деликатным обращением, ни особой спешкой при пытках.

— Ничего в этой жизни не достигается легко, — произнес Адам, отходя в сторону.

Взгляд Блейк за ним не последовал, сосредоточившись на Жоне и передавая ему всё то, что она сейчас ощущала. Этого оказалось достаточно, чтобы вновь начать вырываться, несмотря на боль и полученные увечья.

— Всегда необходимо чем-то жертвовать, Блейк. Возможно, в истории я останусь чудовищем, но мне больше нравится вариант с фавном, который делал то, что должно было оказаться сделанным. Пусть это глупо, но я верю, что меня ведет предназначение. И я думал, что ты всегда будешь стоять рядом со мной. Ты когда-то это обещала.

— Я обещала до того, как ты изменился, — ответила ему Блейк, не отводя взгляда от Жона. — До того, как ты решился бы пытать кого угодно просто потому, что испытываешь ревность.

— Не принижай значение моих деяний! — крикнул Адам, схватив Блейк за подбородок и заставив посмотреть себе в глаза. — Я любил тебя, Блейк, и сейчас люблю! Ты была лучшей из нас, дала мне опору и заставила поверить в то, что в мире всё еще есть хоть что-то хорошее.

Его клинок с шелестом покинул ножны, а рукоять ткнулась в ладонь Блейк.

— Держи, — сказал Адам. — Прикончи его, и я клянусь, что ты вновь займешь свое место среди нас. Пусть кое-кто и называет тебя предательницей, но я сумею их переубедить. Мы сумеем их переубедить. Тебе нужно всего лишь его убить.

Убить его... То есть Жона? Это был довольно неплохой выход, но он, к сожалению, понимал, что Блейк им не воспользуется.

— Нет.

Жон видел, что Блейк тоже всё понимала. Уж слишком красноречивым оказался ее направленный на него взгляд.

— Ладно, — проворчал Адам. — Знай, что я никогда не хотел так поступать.

Он снова сжал рукоять своего клинка, а лезвие теперь оказалось возле шеи Блейк. Она не сопротивлялась, поскольку ее состояние было лишь немногим лучше, чем у самого Жона.

— Сделай это, Блейк, — в отчаянии прошептал он. — Не волнуйся обо мне. Просто убей меня.