Дочь убийцы

Борец медленно доставал водительское удостоверение, а боксер смотрел на него и постепенно смягчался. К тому моменту когда Игорь протянул руку за удостоверением, он успокоился, но неокончательно. Остаточное напряжение заставило его дернуться. Могло показаться, будто он готовится нанести удар, но Игорь его раскусил и всего лишь отступил на шаг, даже не повернув к нему головы.

А у Кокошина нервы оказались послабее. Он отреагировал куда жестче. В правой руке у него находился электрошокер, ею он и повел вперед, но только лишь для того, чтобы отвлечь внимание. Боксер глянул на электрошокер, а Кокошин рубанул его левой рукой в шею, ударил быстро, точно и мощно, как будто топором приложился, и ведь отключил. Боксер поплыл и навалился на борца.

Водительские права к тому времени были уже в руках у Игоря.

— Нечадов Сергей Олегович, — прочитал он вслух с таким видом, как будто ничего не произошло. — Восемьдесят восьмой год, Архангельск.

— Ну да, Архангельск, — сказал борец, обнимая своего бесчувственного дружка.

Левым глазом он смотрел на Игоря, правым, растерянно и подавленно, — на Кокошина. Один опер мог задать ему плохой вопрос, а другой — врезать промеж глаз.

— Этот тоже из Архангельска? — Игорь кивком показал на борца, который еще только начал приходить в себя.

Кокошин вплотную подошел к боксеру, похлопал его по бокам, сунул руку под пиджак, но пистолета не нашел.

— Костя Соловьянов, — прокряхтел Нечадов, удерживая дружка.

— Что вы в Москве делаете? — спросил Кокошин, обыскивая его самого.

— Работаем. Охранная фирма «Баллада».

— А здесь чего ради оказались?

Нечадов кивнул, соглашаясь и дальше отвечать на вопросы, но ничего не сказал. Сначала он должен был поставить на ноги Соловьянова, который уже пришел в себя, но пока еще туго соображал.

— Так мы квартирой ошиблись, — наконец-то откликнулся он.

— А в какую вам нужно было? В сто пятую?

Нечадов поднял голову, глянул вверх сквозь потолок и буркнул:

— Нет, в сто четвертую…

Дверь открылась, появились Аксенов и криминалист.

— Что здесь у нас такое? — спросил следователь.

— Да вот эти ребята к Борису Евгеньевичу пришли, — сказал Игорь, глянув на Крынкина. — Пальчики ему принесли.

— Какие пальчики? — Нечадов озадаченно захлопал глазами.

— Вы нам пальчики, а мы вам наручники.

— За что наручники?

— Самохин убит, — глядя на Соловьянова, резко сказал Кокошин.

— Как это убит? — встрепенулся тот и едва не согнулся вдвое, пропустив удар локтем в живот.

Ударил его не Кокошин, а Нечадов. За неправильное поведение.

— Вы его знаете? — воспользовался оплошностью Игорь.