Путь домой. Книга вторая. Битва за Орион

– Какого хрена?! Я простила этого козла! Но лететь с ним и с тобой? Всё равно что бередить зажившие раны! – уязвлённо заголосила она, и  Ариша  решила рассудить по-доброму.

– На кону жизнь людей Земли, а ты думаешь о  гордости? Прекрати. Что было, то было. Вы двое нужны мне, как никогда раньше. Вы единственные, кому я могу довериться. Оставим распри.

– Нет! Только полюбуйтесь на  мезозойскую принцессу! Распри! – откликнулась Вика,  и они хором расхохотались. Ариша  стала шуточно изображать, как поджигает ей задницу, и даже Серый зашёлся  громогласным басом.

Вылет запланировали на утро. Мать подготовила  транспорт – новейший аэролёт со всеми удобствами на борту. Только вот нужен был пилот. Ариша и Вика отпадали, Серый тоже управлять не умел. И тогда они посвятили в детали путешествия дядю Барса, который умел управлять любым агрегатом, и достаточно хорошо разбирался в технике. Хоть он и был против рискованного мероприятия, но посчитал, что лучше находиться рядом с племянницей, и иметь возможность защитить, чем  торчать на Земле и мучиться страшными предположениями. Вскоре детали были оговорены, и они отправились спать. А Мила в туннели, где её ожидали Фарагор  и  Зир.  Ариша  тоже хотела пойти, но мать настояла, что ей лучше этого не видеть.

***

 Зир неторопливо беседовал с  Фарагором. Она сдержанно поздоровалась, стараясь не выдать до какой степени страшно, тело сотрясала мелкая дрожь.  Юноша  присел на край кушетки и положил ладонь Шведу на лоб, заслонив всё лицо.  Далее следовали два часа напряженной тишины. Она боялась пошевелиться, и издать малейший звук, который мог бы помешать одарённому мальчишке. Мила разглядывала его, мысленно молясь, чтобы у него получилось. Сын своего отца унаследовал жёсткие черты и дар, но всё-таки в нём было гораздо больше от Сильвы, и это успокаивало, учитывая, как близок он стал её дочери.  Лоб и шея юноши покрылись испариной, напряжение нарастало. Он применял максимальное количество силы, которая вдруг стала осязаема, зрачки хаотично двигались под веками в разные стороны. Пролетел ещё один час, и оливковая кожа побледнела. Фарагор  заметил изменение, и остановил эксперимент. Как вдруг Швед дернул пальцами правой руки. Она в  голос разрыдалась, стыдясь, и в то же время испытывая облегчение. Результат означал —потребуется чуть больше времени, и всё обязательно получится! Мила обрела настоящую надежду!  В комнате появилась Сильва. Подойдя ближе, она положила руку сыну на плечо.