Липкие люди

Сиделки честно делали свою работу. Платили им очень хорошо. Особенно, если сравнить с уровнем оплаты по городу. Потому сиделки дорожили работой и, как и бухгалтер фонда, не задавали лишних вопросов. Да и что они могли спросить? Почему Эдуард или Кира сами иногда сидели сутками с пенсионерами? Такие дежурства – не редкость. Ну, а почему после таких дежурств старики обычно хорошо и долго спали, так это видимо по причине особой заботы руководства.

Что касается врачей в больницах и поликлиниках, то они, работая на потоке, мало уделяли времени и сил 90-летним старикам. Посмотрят результаты исследований, выпишут лекарства согласно протоколу лечения, и на этом свой врачебный долг считали выполненным.

Никто не догадывался, что в своей синей книжице Кира записывала особую схему лечения для Изотова и Кричевского. Им то и дело подбиралась особая «терапия», где были, в том числе, снотворные, седативные средства и препараты, понижающие давление.

Несмотря на такой «уход», старики оказались весьма живучими. Это выбешивало Киру и Эдика. Но, по словам эскулапа: дать явную отраву слишком опасно. Вскрытие может показать истинную причину смерти. А это – прямой путь на скамью подсудимых. У руководства фонда был и мотив (дарственные на квартиры), и возможность убийства. Потому Эдик и Кира терпеливо ждали, когда уже старушка с косой заглянет в гости к их старикам.

По прошествии трёх лет это случилось. Положа руку на сердце, адвокатша и актёришка так и не поняли: был ли это результат «консультаций» их врача или старики просто отошли в мир иной по естественным причинам. Уж слишком долго пришлось ждать цели! Тем не менее, необходимое вскрытие не показало криминал. Однако липкая пара решила подстраховаться и кремировать бывших собственников квартир. Мало ли что? Вдруг, в будущем, появятся такие исследования, которые выявят при эксгумации новаторскую схему лечения. Как только прах Изотова и Кричевского был выкинут на ближайшей помойке, над многими стариками уже завис Дамоклов меч и их нить судьбы могла оборвать очередная хотелка руководителей благотворительного фонда.

В связи с этим возникал резонный вопрос: ну а как же сами старики? Ведь они в прошлом – люди с положением, с образованием, с жизненным опытом. Ну не баранов же на бойню тащат, честное слово?!

И вот тут-то и скрыт феномен подобных благотворительных организаций. Здесь старики – не субъект, а объект. Когда вокруг фонда складывается общественное мнение, как об эталонной и бескорыстной организации; когда руководители фонда, по всем стандартам: порядочные и публичные люди, то старики всю эту организацию воспринимают, как нечто благое и правильное. Старикам представляется, что свой путь одиночества, бесславия и безнадёги они прошли не зря, раз он привёл их в фонд. Очутившись под опекой, им кажется: вот он – рай! Вот она – земля обетованная! Ведь лучше в современной России ничего нет. А раз так – можно не насиловать свои серые клеточки ненужными подозрениями и, хотя бы под конец жизни, расслабиться и получать удовольствие.