Рецепт от Перепёлкиной, или Как очаровать пожарного

– Надь, это был пятый тест, – решила напомнить подруга и взяла с тумбочки четыре предыдущих, которые как один говорили, что я беременная. – Причем все разных фирм.

– Мда… И тошнота моя, наверное, признак никакого не сбоя.

Ксюша взяла меня за руку и отвела на кухню. Там стоял заваренный травяной чай и небольшой тортик с моей любимой карамельной прослойкой. Хотя, признаться честно, сейчас мутило и от нее.

– Переживаешь?

– Мне тридцать семь и я затетела от мужчины, которого знаю два месяца. Ответила на твой вопрос?

Ксюша поднялась со стула и снова нервно заходила по кухне. Казалось, что из нас двоих только она пытается придумать какое-то решение. Я просто смирилась и плыву по течению.

– Ну а что делать? Будешь прерывать?

– С ума сошла? – я положила руку на живот, который еще не чувствовался, и бережно погладила своего малыша. – Если не рожу сейчас, то не рожу уже никогда. Да и как можно избавиться от ребеночка? Даже если Юра это не примет – все равно. Я достаточно взрослая и состоятельная, чтобы поднять ребенка одной.

– Как ты можешь думать, что Юра не будет рад? Он же влюблен в тебя по уши!

– Влюблен – это одно. А тут ребенок. Это тебе не бабочки в животе и чувство окрыленности. Это колики в животе и чувства недосыпа. Мы никогда не говорили о детях… Да и кто говорит о таком после полутора месяцев отношений?

Я попыталась заесть свою тревожность Ксюниным тортиком, но он не спасал. Любимая карамельная прослойка не лезла в горло. А если и добиралась до туда, сразу же рвалась наружу.

Отодвинув торт, я взялась за чай.

– Ты сама рассказывала, как он нянчился с группой и рассказывал Никитке о всяком… Значит к детям он хорошо относится.

– Господи, Ксюша, я такая дура! Дожила почти что до сорока лет, а мозгов так и не нажила. Я что не знаю о существовании презервативов? Из-за моей глупости ребенок теперь родится не в семье. Или вообще без отца расти будет…

– Сама отказала Юре тогда! – парировала Ксюша случаем двухмесячной давности.

– А что мне следовало согласиться? Мы на тот момент в сумме общались часов шесть от силы за все две недели знакомства. Выйти замуж за него тогда было бы еще опрометчивее.

– Если он хотел на тебе жениться тогда, женится и сейчас.

– Только если из-за ребенка, – сокрушалась я.

– О каком ребенке речь?

Синхронно мы с Ксюшей повернули головы в коридор, где стояли растерянные Елисей, Юра и Никитка. Хотя Никитка растерян не был. Он, кажется, был рад.

Я пока не понимала, что здесь делает мой молодой человек и по совместительству отец будущего ребенка, о котором он узнал очень не вовремя. Но как бы то ни было, мне следовало все объяснить…

– Надя, ты беременна?

Мужчина смотрел на меня таким взглядом, по которому невозможно было считать рад он или в гневе. Я все пыталась уловить его эмоции. Молчала, оттягивала момент. Но молчание затянулось…

– Юр, я не знаю как так вышло… То есть знаю, но я думала, что…

– У нас будет ребенок? – перебил меня мужчина.

– Да, я жду от тебя ребенка. Но если…

Я не успела договорить, потому что Юра прижал меня к себе так крепко, что я успела испугаться за здоровье нашего малыша.

Мужчина прошептал в волосы как сильно любит меня и как рад услышать эту новость, а потом опустился на колени прямо в коридоре.

Его руки легли на еще не округлившийся живот. Он погладил его с таким трепетом, что по моей щеке побежала слеза. Наверное, гормоны!

– У нас будет ребенок… Надь, ты станешь моей женой? Прости, я без кольца…

– Да мне сейчас не до формальностей, – пошутила я. – Согласна, куда деваться.

– Это не из-за ребенка, клянусь тебе. Я жить без тебя не смогу. А теперь и без вас.

– Повезло, однако, кому-то с папой, – я поцеловала Юру и тут же ощутила самые теплые в мире объятия.

Было несколько неловко, что все это произошло в коридоре квартиры моей подруги. Ксюша, Елисей и Никитка смотрели на нас как на актеров датского артхаусного кино. Никто до конца ничего не понимал.

– Я, конечно, подруга, за тебя очень рада, но до сих пор не могу найти обоснование появлению твоего женишка на пороге нашей квартиры, – Ксюша перевела взгляд на мужа.

– Я тоже очень рад за них, но я не понимаю, почему твоя подруга беременна от моего сослуживца, – Елисей посмотрел на Юру.

– И я за нас безумно рад, но что ты делала в квартире моего товарища? – взгляд Юру переместился на меня.

– Разделяю всеобщую радость, но я не в курсе, как вы вдруг стали знакомыми.

– Я в курсе! – ситуацию решил спасти Никитка. – Тётя Надя наша соседка и мамина подруга, они часто пьют у нас чай. Когда папа был командиром в армии, в его отряде служил дядя Юра. После службы они иногда общаются. А сейчас мы встретились, и они решили заглянуть к нам, чтобы забрать какой-то армейский альбом с фотографиями. И я тоже очень рад! А чему мы все радуемся?