И кто здесь наглая рыжая морда?

- Приветствую, - деловито произнес муж Кузявин.

Ну-ну. Посмотрим, что от его деловитости останется через несколько минут....

- Доброго денечка! Гулять ходили? - медовым голосом пропела Изольда.

- Ходили в чащу лесную, обряд свершать. По передаче дара от бабушки, мне. Остался последний штрих: зелья специального в полночь испить и все. Стану официальной знахаркой, ведуньей, травницей и шаманкой. - радостно сообщаю, опередив Наташку и бабушку, радостно сообщаю незваным гостям.

- Гы- гы- гы, - хохотнул Кузявин.

Изольда с Ленкой переглянулись.

Наташка кашлянула.

- Все лучше, чем чафлей. - сказала бабушка.

- Мау-у. - одобрительно мяукнул Геннадий с Наташкиных плеч.

Я измерила взглядом обтянутого тесной одеждой Кузявина.

- Должность и оклад, значит просить намеренны. Вынуждена огорчить. Не быть вам Анатолий руководителем. Никогда. Блок стоит на вас. Профнепригодности к руководству. Сделала вам его женщина пожилая, нехорошая, в семью вашу вхожая на постоянной основе. Подумайте, кто это может быть и гоните от от дома чесночными связками.

- Мама?! - сдавленно пискнула Ленка.

- Чуть что, сразу мама! - возмутилась Изольда.

Кузявин уронил челюсть, глаза вытаращил.

А меня понесло дальше.

- Еще на вас Толя, приворот любовный сделан. Делала женщина молодая, статная брюнетка с пышными бедрами и грудью четвертого размера. Взгляд у нее туманный такой....

- Продавщица из хозяйственного! - ахает Ленка.

Кузявин вздрогнул, покосился на Ленку испуганно.

Ну и дела. Не иначе у многодетного папаши рыльце в пуху.

Перевожу дыхание. Продолжаю вдохновенно:

- Греховной страстью к Анатолию та женщина пораженная. Если меры не примете, уйдет он к ней скоро Толя- то. Как бычок на заклание. К осени и уйдет. Детей оставит и не подумает, что воспитываться должны гармоничными личностями в полноценной ячейке общества.

Долго, правда не проживет там, у грудастой брюнетки. К зиме она его выгонит облысевшего и насквозь больного, загадочной хворью.

Этот -то приворот можно попробовать снять. Как войду в полную силу, займусь спасением Анатолия. Поработаем с чакрами, яйцом выкатаем, отчитки с отливками начнем практиковать. А перво-наперво подсажу в Анатолия легкий дух полового бессилия...

Толя Кузявин запрыгнул в Жигули. Вроде бы брюки на нем треснули, а может это рессоры так скрипнули. Не знаю. Ленка с Изольдой последовали за Толей, в автомобиль. Жигули с пробуксовкой сорвались с места и понеслись разбрасывая в разные стороны мелкий гравий.

- Ну, Алина, ну ты даешь! Даже я бы так не смогла! - провожая взглядом транспорт Кузявиных, восхищенно проговорила Наташка.

- Даеть стране угля. Мелкого, но много. Идёмте траву да сережки, сушиться  раскладывать, а там, уж и время обедать. - сказала бабушка.

Удивительно, даже ворчать на меня не стала.

С момента отъезда Кузявиных и до самого вечера, ничего особенного не происходило.

После ужина едва проводили Наташку в Москву, заморосил мелкий дождь.