Ученица Лесника. Полесские сказки

– Они пришли, – сказал их проводник.

– Знаю.

Голос звучал негромко, но Ирине показалось, что от него вздрогнули стекла в рамах.

– Здравствуй, Старый Медведь, – сказала Княжна, первой входя в большую комнату.

– Давно уже не медведь, – отозвался сидевший в большом кресле, лицом к окну. – Не берсерк, все в прошлом. Ты это знаешь, Татарка.

– Княжна.

– Ваши князья для меня не старше молодой травы.

Ирина не видела его лица, только копну седых волос, да большую руку на подлокотнике.

– Хорошо, что вы пришли. И хорошо, что успели. Подходите, не бойтесь.

Они подошли, обступив кресло. Норманн медленно поднял голову, посмотрел прямо на нее. Сказал:

– Единственная дочь в семье, некрещеная, талант есть, да еще и девственница. И ты встретил ее совсем молодым. Раз в жизни такое бывает… Ты хоть сам понимаешь, как тебе повезло, Лесник?

– Понимаю.

– У Рагнара когда-то была такая же золотая ель. Ее имя было: Аслауг. Я видел, как она вышла к нему, одетая в сеть. Но он был глупцом. Растратил силу на ерунду и умер, так и не поняв, где ошибся. Ты знаешь, что такое “викинг”, девочка?

Он обращался к ней. Ирина ответила:

– Знаю.

– Не знаешь. “Викинг” – это поход по морю. За славой, за добычей, иногда торговый. Когда-то очень давно я ушел в свой последний викинг за Хрореком и не вернулся. Эта земля имеет странное свойство делать своими детьми тех, кто сюда приходит. Вот она, – вздохнув, он кивнул Княжне, – хороший пример. Пришла и осталась. Все, кто был тогда со мной, давно вернулись. Пора и мне.

Лесь провел рукой перед его лицом.

– Можно отсрочить немного, если хочешь.

– Не хочу. Свой конец оттягивай, а для меня два дня ничего не решат и ничего не изменят. Для него и для вас тоже. Так чего ждать? К тому же я очень устал.

Норманн посмотрел на своего ученика.

– Знаю, что скажете. Да, он слаб. Нужно было отказаться, но тут уже я проявил слабость. Не хотелось одному уходить. И все-таки был и есть шанс, что он примет наследство и останется жить. Теперь слушайте меня внимательно…

Он впился взглядом в Леся.

– Лесник, я видел во сне бесцветное пламя, пожирающее леса и убивающее все живое. Мертвый лес, но в то же время живой. Желтая хвоя и желтые листья. Человеческие смерти. Мертвые города. Мне было страшно. Что это значит, я не понял, раньше никогда с таким не сталкивался. Разбираться придется тебе.

Синие глаза уперлись в Княжну.

– Татарка… Часть того, что мы взяли во время последней войны, вернется на свое место после моей смерти. Рейху не долго быть разделенным. Германцы поднимутся вновь. На этой земле многое изменится и от тебя зависит, что будет дальше. Все ли вы поняли? Теперь ты! Давай руку.

Только сейчас она обратила внимание на стоящий у кресла меч. Не очень длинный, обоюдоострый, из тускло-серой стали, с простой крестовидной рукоятью и тяжелым оголовком. Правая рука Норманна легла на рукоять меча, а левую он протянул к ученику. Тот сделал шаг вперед.