Ведя Взмокин – наш товарищ

– Пра-а-вда? – вздохнул Вор-Юн-Гак, изображая удивление. – Что же вы считаете интересным?

– Приключения. – сказал Ведя не задумываясь (думать было некогда).

– Вы считаете, вы достаточно могучи для приключений?

– Да.

Змей захохотал – в Ведином мире от такого грохота рушились скалы. Вокруг появились многочисленные змеевы прихлебатели – трехногие, пятирукие, смятые, раздутые – существа, на которых Ведя уже вдоволь нагляделся. Они издавали длинные, лязгающие, скрипящие звуки – выли и хохотали; они прыгали и тряслись от хохота. Они тоже насмехались над Ведей.

– Видишь, маленький, этих существ, все их явное несовершенство? знаешь, откуда оно взялось? Они слишком много думали о себе, воображали себя могучими. Я изменил их, не пошевелив пальцем; а если пошевелю, то они станут еще менее совершенными. И, однако, даже они смеются над тобой.

– Ну, мало ли кто над кем смеется, – задумчиво сказал Ведя (Он уже стал избавляться от мороза змеевых глаз). – Если дрянь ругает прекрасное, то это еще не значит, что дрянь лучше. Вы еще не видели наших способностей.

– Что же – прищурился Змей, – вы сумеете разгадать хоть одну из моих неразгадываемых загадок?

«Вот он куда метит, хвост! – подумал Ведя. – Неразгадываемые загадки! Конечно, их не разгадаешь раз они – неразгадываемые». И внезапно выдал:

– Ну, вы наших неразрешимых задач тоже не решите.

Хитрый Подлый Змей опять заиграл зубами:

– Правда? И у вас есть неразрешимые задачки? Это прелестно. Я люблю загадки и задачки; только вот еще не было такой, которая была бы мне не по силам. Загадки развлекают меня мало. А вот соратникам моим не мешало бы потешиться. Хорошо же!

Все чудища вмиг пропали; Вор-Юн-Гак стал прозрачным, как хрусталь, его заиграло искрами; потом он вздохнул и слился со мраком. Но не успел Ведя ничего подумать, как сверху раздался голос:

– Будет так: вы трое зададите по одной задаче трем моим слугам. Можете решать сообща что хотите, но действовать может только один. Если окажется, что задачи и впрямь неразрешимые – тогда я буду доволен; но если удастся решить хоть одну из них – не гневитесь: разнесу… Иди за мной, Алчущая!

Голос обращался к Тени.

Тень медленно отползла от Зергера (он был с ног до головы исцарапан), неохотно спрятала когти. Ей явно хотелось еще кого-нибудь помучить.

– Почему ты так неласков со мной, обаянье смерти? – сказала она Зергеру.

– Да чтоб ты пропала, порождение разврата! Чего вы ко мне прицепились?

Тень прошипела:

– Ты отверг – меня – в первый раз! Хорошо же!

И издав тонкий протяжный крик, Тень исчезла.

– Да вот еще, – раздался голос Змея – заберите своего оборванца. Мне он ни к чему.

Гониденека швырнуло прямо в Авужго. Лес растаял; вместо него из пола вынырнули огненные колья, изогнутые, переплетенные, на ходу смыкавшиеся друг с другом. Эта огненная сеть накрыла Ведю Взмокина и всех остальных.

– Нам надо что-то сделать? – спросил Сокол Авужго с выражением искренней наивности.