Последний Первый

– Сам он уйти сможет. Только… не захочет. Но есть и плюсы. Ему хорошо с тобой.

– А мне с ним. Сложно всё.

– Да нет.

– Да-а… Это всё надо как-то переварить…

– Перевари. Хочешь эксперимент?

– Ну… да.

– Раздевайся.

– Что?

Кай вместо ответа ту самую коробку пластиковую взяла. Сунула туда руку, вытаскивает – а на ладони у неё два вроде как два паука сидят. Только они не очень-то походили на тех, которых я в гало видела. Может, это и не пауки были вовсе. Длинных лапок – и тоненьких, с волосок буквально, и толстых – у них точно больше восьми штук было, а тушки – кругленькие, с половину моего кулака. Смешно. Но и жутковато. Кай их мне на плечо посадила. Сначала не по себе стало, а потом интересно: сидят, лапками-усиками шевелят, забавные такие…

Кай говорит:

– Не бойся. А то укусят. Представь, что ты одета в какую-нибудь лёгкую одежду. Комбинезон, платье. Глаза закрой. Любые цвета, узоры…

Ну, это легко – особенно после того, как я с Кирой общалась. Фасон, в смысле. А цвет… Я помню, как мы с Тимом с крыши Пик-центра на закат смотрели, вот и представила, как золотой, алый и фиолетовый по ткани перетекают, меняются. Паучки – я вспомнила, они кархи называются, – зашевелились, начали по мне ползать. Сначала как-то неуверенно, а потом забегали, засуетились. То быстро носятся, то медленно, степенно так, задумчиво даже. А я словно в транс погружалась, или, скорее, в негу. Как будто на солнце греюсь в полудрёме. Я только на Тиране поняла, как это здорово – на солнышке греться и ничего не делать… Вроде расслабилась, но и будоражит что-то, характерно так. Ох, чувствую, не выспится Тим, даже если начало разгона ещё на пару часов отложат! А потом Кай кархов сняла, меня за плечи развернула, говорит – «Открой глаза».

Оказывается, она меня перед зеркалом поставила. Я смотрю – а на мне платье ну точно как я представляла. Когда меня Кира в последний раз по магазинам таскала, она мне такое показала. От какого-то крутого дизайнера, Кира мне как сказала, сколько оно стоит, так я сначала не поверила… А сейчас на мне платье даже красивее было.

– Подарю тебе пару, когда вылупятся, – Кай паучков в коробку посадила. – А теперь тебе, похоже, пора. Конечно, если не хочешь остаться у меня, – она подмигнула и опять стала такой, как тогда, в рубке. Красивой до ужаса, манящей до дрожи по хребту. У меня аж живот свело. Кожа нежная, волосы как шёлк, и от одной мысли, как они пахнуть должны, голова кружиться начинает. Чувствую, ещё секунда, другая – и не удержусь. Ну, да у меня ответ простой: воззвать к Эрзули и Тима вспомнить. И стоило подумать, как он там, в каюте, спит, подушку вместо меня обнимает, так наваждение это дурацкое схлынуло. Я глаза на Кай подняла, улыбнулась и спрашиваю:

– Значит, ткани амазонок, про которые мне Кира… подруга уши прожужжала, это… Вот это?

– Да. Ну что, остаёшься? – она вроде как удивилась и снова попыталась измениться… в смысле, моё восприятие изменить. Ведь она не свою внешность переделывает, а меня заставляет её по-другому увидеть! Но я уже сообразила, что и как, а после той истории на Тиране какую-то амазонку заблокировать… Ну это даже не смешно!