Your Mistake

– Далеко собрался? – хмыкнул я. – Ты выговорился, надеюсь, тебе полегчало. Теперь о деле. Я был и останусь твоим лечащим врачом. Я пожил в твоем доме, сам чуть не свихнулся, но выводы сделал. Для полноты картины не хватает деталей, мне нужна твоя помощь. Вот здесь, – я открыл тетрадь, исписанную корявым почерком доктора Эшли, – не хватает двух страниц. Заметь, в самом начале. Вполне вероятно, там были предпосылки твоего отклонения и исходить нужно именно из них. Мне, в сущности, все равно, кто, когда и с какой целью выдрал эти листы. Мне нужна информация. Подумай, я не стану тебя торопить, но без ответа на этот вопрос ничего путного из лечения не выйдет. Хорошо?

Мак-Феникс дернул щекой, но согласно кивнул. Правда, с ответом спешить не стал, да я и не ждал мгновенной реакции; при таком складе ума Курт будет долго анализировать последствия и отмерять крупицы информации с жадностью еврея в двадцатом поколении. Он застыл в дверях, опершись о косяк, угрюмо вынул портсигар, закурил, успокаивая никотином взвинченные нервы. Уверен, он готов был придушить меня, а то и снова изнасиловать, по помнил о «племяннике» внизу: подобные подставы Курт просчитывал быстро. Вот интересно, он реально думал, что мы сейчас поедем в Стоун-хаус, поужинаем и ляжем в постель? Что же такого я должен был понять о себе, скажите на милость?! Вот ведь сука все-таки!

– Что до твоего приглашения, – продолжил я, когда он докурил и собрался уйти, хлопнув дверью, – я приму его при обязательном условии. Ты дашь мне слово, что не тронешь меня даже пальцем. И сексуальные фантазии будешь отрабатывать на ком-нибудь другом.

Мак-Феникс поднял голову, откидывая прядь волос, в его глазах больше не было смиренного покаяния, нет, там был гнев, была досада на мое упрямство, он привык, что получает, все, что хочет. И вот сейчас милорд хотел меня. Резкий холодок прошел по спине при мысли, что он опять сорвется и трахнет меня прямо на столе в кабинете, во рту мгновенно пересохло, зад свело, и тут же я испугался до дрожи последствий и устыдился своей реакции. Все это было лишнее, наносное, реагировало тело, не я. Я собирался быть его врачом и другом, а не любовником, и должен был бороться с психозом, а не потакать ему. Курт внимательно смотрел на все эти мои метания, потом закрыл глаза. Похоже, он всерьез прикидывал, хватит ли воли сдержать такое обещание.

– Условия мне ставишь, Джеймс Патерсон? – решился, наконец, Мак-Феникс. Голос был тяжелый и страшный до мурашек. – Ладно, сыграем по-твоему: я даю тебе слово. Я не трону тебя даже пальцем, клянусь. Интересно, куда нас это приведет. – И добавил тише и спокойнее: – По меньшей мере, это глупо. Впрочем, как знаешь. Поехали?

На этот раз я не стал возражать, скоро оделся, послал Слайту смс и спокойный, как дохлый лев, поехал в Пербек, графство Дорсет.