Ученик медиума [litres]

– Запомни главное правило семьи Михайловых, – очень серьезно произнесла Ника. – Никогда не оставляй врагов в живых. Я стараюсь следовать этому правилу.

– Сурово, – не удержался я от кривой ухмылки.

Нет, на самом деле меня всегда бесили герои книг, фильмов и аниме, оставляющие за спиной побежденных врагов. Если есть удобная возможность – убей и забудь. Так я думал, читая книги, но вот, видя это действие в жизни перед собой, слегка испугался. А может, даже и не слегка.

– Неужели в вашем мире никого не убивают?

– Убивают, конечно, – ответил я, вспомнив многочисленные новостные сводки. – Но чаще по телевизору, чем у тебя под окнами. Жизнь у нас, в общем-то, мирная… Бээмпэ, например, я видел только на параде и в музее.

– Да уж, без Великого Катаклизма вам жилось явно полегче нашего. У нас даже в самых безопасных городах случаются прорывы из другого измерения или иные эксцессы, да и стычки между различными семьями и группировками – далеко не редкость. Хотя столь наглое нападение, как сегодня, – это скорее исключение. – Ника сокрушенно покачала головой. – Совсем перестали уважать нашу семью.

Я навострил уши:

– В смысле?

– Ой, это долгая история, – отмахнулась сестренка.

– У нас впереди завтрак, – решил настоять я. – А то на днях к особняку подгонят целый отряд роботов и сровняют его с землей, а я даже не узнаю, за что героически погиб, прячась под кроватью.

– Ладно, одевайся, и за завтраком я немного тебя просвещу. Тем более ты теперь часть нашей семьи и эти знания точно не будут лишними.

Да мне вообще любые знания пригодятся! Как и завтрак, кстати. Я ведь теперь молодой растущий организм! Очень надеюсь, что растущий, а то непривычно смотреть на мир с высоты метра с кепкой.

За завтраком присутствовали только мы с Никой и дворецкий. Причем дворецкий Хан даже не ел, а молча изображал статую у входа в столовую. Видимо, не полагалось слуге, даже такому доверенному, сидеть за одним столом с хозяевами. Кухарка расстаралась и наготовила добрый десяток блюд, заверив, что с радостью исполнит любые мои кулинарные пожелания, если сообщить о них заранее. Приятно, черт возьми.

– Так кто на нас напал? – спросил я сразу, как только Горта поставила на стол последнее блюдо и налила нам кофе.

– На самом деле не так важно – кто, главное – почему, – поморщилась Ника. – Отец много лет работал начальником управления полиции Золотого острова. Это высокая и ответственная должность. И, как правило, чем лучше человек на такой должности справляется со своими обязанностями, тем больше у него врагов. А отец работал очень хорошо.

Я глотнул кофе и скривился от неожиданности. Такое ощущение, словно Горта использовала скисшее молоко.

– Работал? – переспросил я, отставив кофе в сторону.

Говорить что-либо кухарке я постеснялся, но и пить такую бурду не стал, сделав вид, будто сильно увлекся свежевыжатым соком.

– Месяц назад его уволили. В этом замешана политика и внутренние интриги, о которых нет смысла рассказывать, но в результате от нас отвернулись практически все. Друзья, союзники, партнеры – вся эта шваль теперь старательно делает вид, будто и слыхом не слыхивала о семье Михайловых.