Осень [ЛП]

- Ты в порядке? - вздохнул он, когда подошел другой мужчина. - Я просто пришел сюда, побыть наедине с самим собой.

- Ты хочешь, чтобы я вернулся внутрь? - с тревогой спросил Майкл, чувствуя, что он мешает. - Если ты хочешь, чтобы я ушел, тогда я...

Карл снова медленно покачал головой.

- Нет, все в порядке.

Он был рад слышать, что он не помешал (хотя и не совсем уверен, что ему действительно рады), Майкл подошел и встал рядом с Карлом на краю крыши.

- Что, черт возьми, происходит? - спросил он так тихо, что Карл едва расслышал, что он сказал.

- Не знаю, - так же тихо пробормотал он в ответ.

- Господи, это просто какой-то конец света, - пробормотал Майкл. - Несколько дней назад все было нормально, но теперь...

- Я знаю, - вздохнул Карл. - Я знаю.

Двое мужчин некоторое время стояли молча и осматривали опустошение вокруг них. Независимо от того, как долго и как напряженно они оба смотрели, они все еще не могли смириться с видом бесчисленных тел, лежащих лицом вниз на холодной земле. Еще труднее было смириться с теми жалкими трупами, которые теперь двигались. Как мог произойти весь этот кошмар?

- Ты почти начинаешь им завидовать, не так ли? - пробормотал Карл.

- Кому?

- Тела все еще лежат на земле. Те, которые не сдвинулись с места. Я не могу не думать о том, насколько проще было бы быть...

- Это чертовски глупo так говорить, не считаешь? - сплюнул Майкл.

- Неужели? - сердито огрызнулся он в ответ.

В последовавшей за этим тяжелой тишине Карл обдумал свои слова. Черт возьми, как низко и пораженчески он вдруг прозвучал. Но почему бы и нет? - подумал он. Почему бы ему и не быть таким? Его жизнь перевернулась с ног на голову и вывернулась наизнанку, и он потерял все. Не только свое имущество и собственность, он потерял абсолютно все. И когда он думал о бедной Саре и Джемме, лежащих вместе в их постели дома, боль, которую он чувствовал, становилась неизмеримо сильнее. Но были ли они все еще там? Повлияло ли на них это новое изменение? Мысль о том, что его прекрасная маленькая девочка бесцельно бродит в одиночестве по темным улицам, была невыносима. Он безуспешно пытался скрыть слезы, которые свободно текли по его усталому лицу.