Профессор Арк

— И вам тоже. Да, меня зовут Жон Арк, и вне занятий можете называть меня просто Жоном, — пожал он плечами и пододвинул круассаны поближе к себе.

Рен кивнул, но не стал ничего отвечать, а вместо этого принялся за свой завтрак. Взгляд Жона вернулся к Норе, которая проткнула вилкой стопку из восьми блинчиков, после чего подняла ее и вцепилась зубами с таким видом, будто перед ней находился самый вкусный десерт за всю историю человечества.

"Л-ладно..."

— Прошу прощения, если это прозвучит грубо, — произнес Рен, тем самым заставив Жона отвлечься от зрелища расправы над блинами. — Вы выглядите довольно молодо для преподавателя. Как вышло, что вы стали работать здесь?

— Если честно, то это была всего лишь случайность, — улыбнулся он, размышляя о том, что конкретно ему следовало сказать, чтобы не выдать себя и вместе с тем выполнить просьбу Озпина насчет сохранения в тайне своей недостаточной квалификации. — Мне двадцать лет, и преподавать сюда меня пригласил лично директор.

Возможно, им окажется достаточно и этой информации, а если у них возникнут какие-либо вопросы, то пусть тогда Озпин выкручивается самостоятельно. Впрочем, Жон сомневался, что кто-то мог попытаться приставать со всем этим к директору.

— Тогда ты должен быть просто суперсильным! — воскликнула Нора, перегнувшись через стол и бесцеремонно вторгнувшись в его личное пространство.

К слову, куда исчезла та гора блинчиков, которая оставалась на ее тарелке?! Не могла же она их просто взять и съесть, правда?

— Нам нужно обязательно как-нибудь сразиться, Жон!

— Профессор Жон, — поправил ее Рен, после чего сделал глоток апельсинового сока.

— Я так и сказала!

— Возможно, мы проведем пару спаррингов, когда ты наберешься немного опыта, Нора, — улыбнулся Жон, едва заметно вздрогнув от мысли о сражении с кем-либо вообще и тем более с этой сумасшедшей девчонкой.

Может быть, к тому времени он тоже наберется опыта?

— Само собой! — кивнула Нора с таким видом, будто это являлось самой очевидной вещью на свете. — Сейчас у меня нет ни единого шанса против преподавателя, но потом пощады не жди!

— Прошу прощения за Нору, она всегда такая, — извинился куда менее склонный к пустой болтовне Рен.

Жон в ответ еще раз улыбнулся и тряхнул головой.

— Всё в порядке. Я ничего не имею против дружеских разговоров со студентами.

Честно говоря, эти двое вполне могли бы стать его друзьями или, например, товарищами по команде... А с той же Норой он не отказался бы... Хотя нет, отказался бы. Даже сама мысль о чем-то подобном вызывала у него дрожь. Лишь друзьями и товарищами по команде — так звучало гораздо лучше.

Но вместо этого Жон оказался вынужден вести себя так, словно был старше них. Пожалуй, не только вести, но еще и чувствовать! Как будто сам стиль разговора взрослого человека возводил между ними невидимый и совершенно непреодолимый барьер. И этот факт вызывал у него желание расплакаться.

— Арк! — внезапно раздался крик, легко заглушивший шум в столовой.