Маскарад

— Ты сам понимаешь, что вернуться ни с чем в университет мы не можем, — задумчиво произнес Вильгельм, потирая подбородок, — может быть, позвать на помощь тремере?

— Я похож на идиота или малкавианина, — усмехнулся серолицый, — не смеши меня, я не пущу в Петров холм колдунов.

— Сам знаю, — буркнул Вильгельм, — ты что-то говорил об артефакте?

— В заметках Меркурио есть упоминание о некоей Мертвой голове, но что именно это такое я пока не понял. Заметки больше похожи на бред малкавианина, обкурившегося цинохайской травой опием, Меркурио набрасывал то, что не хотел забыть без системы и последовательности, так что понять о чем идет речь практически невозможно.

— И что нам теперь делать? — поинтересовался Вильгельм.

— Вы пришли сюда за какими-то своими записками, вот и думайте.

— Оставь этот тон, каппадоцо, ты еще не оправдался перед бруджа — это раз; а во-вторых, я могу подкинуть несколько идеек чимискам, ты ведь сам признался, что тебе против них не продержаться.

— Тзимицу затаились в Вышеграде, даже краловчан перестали беспокоить своими набегами. Ночь пожара и смерть Азиды, видимо, стали слишком сильными ударами по ним.

— Вместо них это могут быть наши солдаты, — заметил Вильгельм, — у нас уж сил хватит.

— И что будет делать с этой дверью Екатерина? — усмехнулся каппадоцо. — Не такой она и сильный маг, чтобы справиться с заклинаниями Меркурио. Он все же на поколение старше ее.

— Не тебе мерить силы моей госпожи! — огрызнулся Вильгельм, но как-то вяло, скорее, что называется, для порядка.

— Довольно пререкаться, — оборвал я спорщиков, мне просто надоело слушать их пустопорожнюю болтовню. — Что может значить эта Мертвая голова? Какой-то череп, что ли?

— Смешно, — без улыбки констатировал каппадоцо, — искать череп в обители моего клана. Проще уж искать психа среди малкавиан или урода среди носферату.

— Я имел в виду, — не обратил внимания на его замечание я, — некий особый череп, с которым у твоего Меркурио связаны воспоминания или что-то в этом роде.

— Не лишено смысла, — протянул серолицый, — поздравь Екатерину с отличной находкой, жаль, что я не обратил тебя прямо тогда, на улицах Кралова.

— Ну и? — напомнил я, полностью взяв инициативу в свои руки.

— Поосторожнее со словами, юноша, — осадил меня каппадоцо, — у него на столе всегда стояла чаша из эльфийского черепа на золотой ножке, но после того, как он заперся в лаборатории, череп пропал.

— И где он может быть теперь?

— Мы проследили несколько маршрутов, которыми Меркурио покидает лабораторию, уходя в Бездну. Один ведет в его кабинет, другой — непосредственно на улицы, думаю, он использует его для того, что выходить на охоту, а вот третий… Он оканчивается в Чудном закутке поблизости от аптеки Галады.

— Галады, а что ты насчет тремер только что говорил? — оживился Вильгельм. — Малкавиане, говоришь, да?

— Это не ко мне, к тремере обратился Меркурио, да и не думаю, что он обратился к тремере, чтобы сохранить ключ от своей лаборатории, скорее, просто имел с ними дело. Исследования в магии крови — это их специализация, как не крути.