Шанталь, или Корона против 2

– Иначе? – подняла брови.

– Иначе, – лицо наемника смягчилось, а вот возникшее на нем лукавое выражение мне совсем не понравилось, – я не только заставлю надеть парик, но и изображать прилюдно новобрачную. Готова подарить поцелуй?

– Только попробуй, – прошипела, натягивая одеяло до подбородка.

– Жаль, – нисколько не разочарованно протянул этот сын бездны, – но если решишь потренироваться – намекни. Я всегда к услугам прекрасной дарьеты. И можешь не стесняться, – он откровенно издевался, – твой муж лично ухаживал за больной женой.

– Ты! – выдохнула, остро жалея, что жених застрял неизвестно где. Вот сейчас я бы собственноручно проводила наемника в казематы. Еще и палачу этого гада отдала бы на вечерок. Он заботился обо мне лично! Переодевал! Подлец! Нет, хуже, чем подлец!

– Твой муж, дарьета, – отвесил, дурачась, поклон и тут же посерьезнел: – Шанталь, не глупите. Поверьте, вы сейчас не в том положении, чтобы капризничать. Личный приказ императора, – он хмыкнул, потер затылок. – Что же такое вы натворили? Готовили переворот? Собирались прикончить величество? Или возродить магию? А может, вы?… – от пристального взгляда мне стало нехорошо, по спине словно льдом мазнули, затошнило, но Фридгерс уже отвел взгляд, чтобы объявить: – Нет, дара я не чувствую. Да и будь вы действительно одаренной, на вас не стали бы открывать охоту. Магов и так осталось мало, они предпочитают сами разбираться с преступниками, а не выдавать их властям.

Мне наконец удалось справиться с душившим гневом и прислушаться к словам Фридгерса.

– Вы так уверены, маги интересуются именно мною?

– А вы считаете, один из них совершенно случайно оказался в том убогом трактире? Аккурат после вашего побега?

Я вздрогнула. Передернула плечами, не в силах сдержать пробежавшую по телу дрожь. Накатила дурнота. Я точно вернулась в подвал фраканского хутора. Трупы, рыжие волосы мага, бледное лицо, запах горелого мяса, череп с горящим алым глазницами. Подняла ладонь ко рту, давя приступ тошноты.

– Что такое?

Кровать прогнулась, меня обняли за плечи, притянули к себе, и я уткнулась в мужскую грудь.

– Ты что-то вспомнила, девочка? Поделишься?

Я помотала головой. Нельзя рассказать, не раскрыв своей глупости и срыва тайной операции. Кстати, не в этом ли причина «личного приказа императора»? Но Леон обещал: никаких последствий моего проступка не будет. Мол, ты – моя невеста, и дело становится семейным, но что, если он ошибался? Хорошая теория, вот только в нее никак не вписывается неизвестный маг.

Я отстранилась, меня не стали удерживать, вытерла глаза. Что поделать, мы, дарьеты, крайне чувствительны к чужой жалости, но объятия наемника еще не повод для откровенности. И надо что-то делать с нашим общением. Я предпочла бы остаться на «вы», но наемник путался, точно дебютантка на первом балу.