Война за Пустоши [litres, с иллюстрациями]

В пограничном форте на берегу безымянной реки, служащей границей между Великой Степью и моими землями, я оставил своих спутников дожидаться моего возвращения. Мне уже приходилось ездить в Орду, но в этот раз я, помня о неудавшемся покушении, не был уверен, что нынешняя поездка получится спокойной. Два десятка бойцов не отобьются от всей Орды, так зачем рисковать воинами без толку? А я, если что пойдет не так, выкручусь, не в первый раз. К тому же в Орду ехал не Черный Властелин и Повелитель Тьмы, а один из его приближенных, носивший официальные титулы Тень Повелителя Тьмы и Голос Владыки Черного замка. Проще говоря, я отправил самого себя в качестве посла. Эту маску я использовал уже не раз — послу проще говорить как с друзьями, так и с врагами. Особенно с врагами. Считалось, что моими устами говорит сам Повелитель Тьмы, восседающий далеко на Севере. А Голос Владыки — это всего лишь голос, и тащить с собой на убой огромную свиту ему не обязательно. Впрочем, без сопровождения я не остался. Вождя Орды предупредили о приезде посла. Стоило мне переехать мост через реку-границу, как из неприметных оврагов на меня с воем и диким улюлюканьем налетело несколько десятков орков. Воздух прошило несколько стрел, и степные всадники закружили вокруг меня, размахивая оружием. Я придержал коня, дожидаясь, пока степняки не накричатся всласть. Со стороны происходящее больше всего напоминало налет с последующим грабежом, но на самом деле, по меркам Великой Степи, мне оказывали весьма почетный прием. Демонстрируя свои силы, степняки деликатно, по орочьим меркам, конечно, давали понять, что они не сомневаются — я сумею отбиться в случае внезапного нападения. А если не сумею, значит, нечего было соваться в Великую Степь, слабым здесь не место. Наконец всадники наскакались и наорались всласть, и мы перешли к приветствиям, точнее, к восхвалениям друг друга. Возглавлял отряд один из племенных военных вождей, чье имя — Хурц-аб-Балуу из клана Холодных Песков — мне снова ничего не сказало. Впрочем, и я вождя особо не заинтересовал. Орк расщедрился на скупое приветствие, выслушал ответное, довольно ухмыльнулся, когда я похвалил сноровку его воинов, и отъехал к своим всадникам. Тот еще волк, сразу видно. На лице вождя орков виднелось несколько старых шрамов, самый длинный из которых пересекал лицо. След давней ошибки в бою, стоившей орку глаза. Также меня встречали трое раздувавшихся от чувства собственной значимости советников Глуума, передавших Тени Владыки Тьмы слова привета от Великого вождя и Повелителя Степи, чей клинок… ну и все в таком роде. Мы довольно долго расхваливали друг друга и наших великих обожаемых Владык и клялись в вечной и нерушимой любви и дружбе. Обе стороны прекрасно понимали, какими лживыми и неискренними были эти заверения, но против нас выступали два несокрушимых врага — этикет и обычаи. Слова лились рекой, советники гудели в три голоса, как пчелы в улье, я чувствовал, как тупею, и с облегчением вздохнул, когда эта словесная патока наконец закончилась. Впрочем, главным было то, что Глуум согласился принять посла с Севера. То есть меня.