О ком молчит Вереск [+ бонус]

С радостью и надеждой спросил и вдруг выпрямился, нахмурил густые брови, взъерошил непослушный черный чуб. От этого дьявольского сходства мне стало больно.

– Похож.

Боже! Как же невероятно ты на него похож. Как будто назло, как будто в издевку. И это сходство настолько бросается в глаза, что хочется взвыть от бессилия.

– Тебе понравилось общение с Сальвой? Мне он кажется неприятным человеком.

Отвернулась к окну и заметила на подоконнике маленький кусочек стекла.

– Еще как. Ты не знаешь его, мама. Он умный. Он столько всего знает. Несколько языков, он умеет драться на саблях, шпагах, ножах и ловко управляется с китайским мечом Цзянь. Это такое тонкое оружие с лезвием из дамасской стали. Если тронуть его пальцем, можно с легкостью разрезать его пополам.

Сколько восторга, сколько юношеского фанатизма… Да, он такой, твой настоящий отец. Умеет пустить пыль в глаза, очаровать, свести с ума, потянуть за собой одним своим дьявольским взглядом. Вот и ты не устоял….

– А еще он был в России и привез с собой Люси…

Все. Это выше моих сил. Я не хочу даже думать об этом, не то, что слышать.

– Хватит, мой лев. Мне пора одеваться. Ты же не хочешь, чтобы я поехала на новоселье и выглядела безобразно.

– Ты? Безобразно? Да само зеркало сохнет от зависти, когда ты в него смотришь.

– Та ладно? Откуда ты это вычитал? Ужас!

– Хорошо. Ты офигенно выглядишь в любом наряде, и ты самая крутая мама.

– Уже лучше. А то мне хотелось сходить за градусником.

– Я пытался быть… как там Мами сказала… это слово галантере…галан…Талантным. Черт! Я забыл это идиотское слово!

Я хохотала с выражения его лица и, не выдержав, сдавила его щеки, приподнявшись на носочки, и чмокнула это великовозрастное чудо в нос.

– Мамааа! Ну ты чего! Я же взрослый!

– Галантным... Ты пытался быть галантным. Для меня ты всегда мой крошечный Цезарь. Все. Марш отсюда.

Даже через два часа я не знала, что надеть. Все наряды были свалены в кучу на кровати, а я злая стояла перед зеркалом и ненавидела саму себя. В каждом из этих платьев казалась себе уродливой, старой, несуразной. Какая там эта Люси? Вряд ли ей столько, сколько и мне. Он, наверняка, нашел себе юное очаровательное создание.

Схватила вещи в охапку и хотела затолкать в шкаф, но взгляд остановился на втором шкафу со старыми вещами. Теми, которые я не надевала очень много лет, но так и не решилась выкинуть. Распахнула дверцы и застыла, глядя на светло-сиреневую ткань, украшенную мелкими камушками и расшитую маленькими, перевернутыми в разные стороны латинскими буковками «v».

«– Его сшили на заказ… Я хочу, чтобы ты надела его на приеме в Шанхае.

– А меня ты спросил? Может быть, я не хочу.

Развернул за шею к себе и впился горящим взглядом.

– Каждая буква — это твое имя, цвет – это твои глаза. Это платье сама ты, Вереск. К нему не нужны украшения. Все эти камни – бриллианты.