Рождество на Ледяной Планете [ЛП]

— Могу я задать вопрос? — спрашивает он спустя долгое время. Его пальцы прослеживают узоры на моем предплечье.

Я киваю головой.

— Ты была влюблена в Бека? Когда-нибудь?

Этот мужчина не тянет кота за хвост. Уфф! С минуту я обдумываю ответ. Посчитает ли он меня ужасной, если я признаюсь, что никогда не любила? А может он поймет? Надеюсь, да.

— Представь себе, что ты просыпаешься от сна и обнаруживаешь, что каким-то образом приземлился на другой планете. У тебя больше нет дома. Нет безопасности. Здесь ты слаб и полностью зависим от других, кто мог бы тебе помочь. Ты понятия не имеешь, как инопланетяне отреагируют на появление здесь кучки людей. Ты боишься совершить неверный шаг. Нескольким людям очень везет и они резонируют. Они тут же находят пару своей жизни, и эти люди обретают безопасность. Но не все резонируют. Не все в безопасности. А теперь представь себе, что ты не можешь о себе позаботиться. Ты не умеешь охотиться. Не умеешь выделывать кожу. Не умеешь готовить. Тебе приходиться лишь надеяться, что ты понравишься племени достаточно, чтобы оставить тебя у себя, — я закрываю глаза, вспоминая те первые дни, полные ужаса, грызущую изнутри неуверенность. — Тогда представь себе, что один из охотников решает, что ты ему нравишься. Что он хочет быть твоей парой. Он не кажется тебе плохим. Как бы ты поступил?

— Хмм, — его ответ — слабое громыхание напротив моей щеки. — Ты выбрала безопасность. Но наши люди никогда не причинили бы тебе вреда. Ты же и сама об этом знаешь.

— Я знаю это сейчас, — говорю я ему. — Я этого не знала, когда мы только прибыли. Мне казалось, что… безопаснее быть с кем-то, даже если я не резонирую. — Теперь я чувствую беспредельное облегчение, какое и представить не возможно, что не резонирую Беку. Не каждый резонанс в итоге оказывается счастливым, и я не могу представить, как прожить остаток своей жизни у него под каблуком. — Ты разочаровывался во мне?

— За то, что ты делала то, что ты считаешь правильным, чтобы выжить? Конечно нет, — его рука скользит по моей руке, а затем он ласкает мою щеку. — Ты была напугана. Ты сделала то, что думала должна была. Как я могу тебя за это осуждать?

Я открываю глаза и поднимаю на него взгляд. Я удивлена тем, насколько близко наши лица друг к другу. Настолько близко, что могу разглядеть, как его сумеречно-синяя кожа светится от пота, углубление в центре его полной нижней губы, его высокие скулы, то, как его вспотевшие волосы прилипают к его лбу, даже там, где его рога сходятся с кожей. Он очень красив, и я никогда раньше так не думала ни об одном ша-кхае. Это меня пугает.