Бег по кругу

— Тогда я не понимаю тебя. Устанавливаешь границы, а потом сама появляешься у меня и маячишь перед глазами, будто нарочно соблазняя, — Дима посмотрел на мои губы и тут же прикрыл глаза.

— Зачем ты пришла?

— Я не знаю… Я не могла не прийти…

Он засмеялся.

— И у меня та же фигня. Три дня старался держаться подальше от тебя, чтобы не спугнуть, и вот ты на моем пороге… Как тут устоишь? Ни одна долбанная сила воли такого не выдержит.

Я почти физически ощущала его злость и сдерживаемое возбуждение и упивалась ими.

Мне до одури хотелось еще больше его эмоций, прикосновений, и так же сильно было страшно. Балансируя на грани, чувствуя, как все тело вибрирует от неизведанных до этого эмоций, таких сильных, таких мощных, что едва могла дышать. Интересно, а секс на грани, он какой?

Так, стоп! Дальше нельзя, стоит только подумать об этом, и все — конец…

То, что происходило сейчас, было настолько запретно и настолько правильно на каком-то подсознательном, животном уровне, что я даже растерялась.

Именно эта нестыковка мыслей и желаний и создавала такой бешеный коктейль, заставляя адреналин закипать в крови, а тело изнывать от желания.

Неужели я становлюсь адреналиновой наркоманкой?

А что, с парашютом я не прыгаю, высоты боюсь, машину вожу осторожно. Возможно, мой единственный вариант — вот так балансировать на грани.

Возбуждало даже слово «нельзя», а еще больше — его взгляд, полный желания, и мгновенная реакция его тела всего лишь на одно мое прикосновение. Ощущение власти, самой первобытной, самой дикой и настоящей, когда мужчина преклонялся перед женщиной, становился заложником ее воли, и не потому, что она сильнее или умнее, нет… от того, что так задумано природой. И сейчас я, подобно богине, одним лишь своим присутствием пробуждала в Диме зверя и одновременно порабощала его. Это было ни с чем не сравнимое чувство.

Глядя, как в его глазах горит огонь страсти, я ощущала себя красивой и желанной.

Все это такая чушь, что женщина любит ушами… просто смотрите на нее так, будто она — единственная, кого вы хотите, чего жаждете, и этого будет достаточно.

Меня возбуждало уже даже то, как он смотрит на меня, как хочет, но сдерживается. И я поняла, что пропала, подсела на него, на его эмоции и на те ощущения, что Дима вызывает во мне. Тогда я, конечно, не осмелилась признаться себе в этом, но сейчас, рассматривая ситуацию со стороны, я могу с уверенностью об этом сказать.

Когда мои руки нетерпеливо пробрались под его футболку, а ладони бесцеремонно погладили спину, Дима отпрянул и, отвернувшись к окну, сжал руками подоконник так, что мышцы на руках напряглись.

Медленно опустившись на стул, я закрыла глаза, пытаясь успокоится.