Носочник

– Это значит один в один, при стирке, да? – торопливо сказал я.

– Угу! – одобрительно кивнула она. Но, иногда даже это не помогает, мой дорогой, и носочки исчезают еще по совсем другой причине.

– Какой? – почти шепотом произнес я.

– Он шьет из них большой мешок.

– А зачем он ему?

– Все дело в том, мой милый, что он не любит свет. Он искренне верит, что сможет сшить такой большой мешок, что им накроет нашу большую-пребольшую Землю и тогда наступит полная кромешная тьма. Это огромное одеяло должно быть прочным и уплотненным в несколько слоев изнутри. Понимаешь, какая долгая и кропотливая работа у него, на века! – важно и деловито сказала она.

– А если он его, ну этот мешок, или одеяло дошьет, что будет с нами, людьми, мы и все земное вокруг погибнет, мы же не сможем жить без света? – встревожился я.

– Надеюсь, до этого еще очень-очень далеко. Тем более, труд затратный, пока сшиваешь одну часть, другие от времени становятся ветхими и их снова нужно латать, вот он и латает это одеяло, итак до бесконечности. Еще его так называемый труд огорчается и тем, что со временем носки становятся очень плохого качества, все больше в них добавляют синтетики, и они быстро изнашиваются. Поэтому, пока он не придумал какое-то иное средство, есть еще надежда, что он никогда не дошьет это лоскутное черное одеяло, – с облегчением выдохнула прабабушка.

– А сейчас спать, уже поздно и все почти спят!

– А он злой? – еле слышно прошептал я.

– Не очень. Он не любит суету, шум, громкие беседы, не любит склоки и крики в доме. А знаешь, почему он хочет погрузить мир во тьму?

– Нет, не знаю.

– Потому что, ночью все люди как правило, что делают?

– Ничего, они же спят!

– Вот именно! – сказала прабабушка. Вот он и хочет, чтобы было всегда тихо и мирно, без лишнего шума и суеты. Ты сам обратишь на это внимание, когда начинают пропадают носочки. И чтобы его лишний раз не тревожить, следи за тем, как ты говоришь, как ты ходишь и как ты ведешь себя дома. И поверь мне, он будет к тебе доброжелателен, и носки пропадать перестанут.

– Честно-честно? – спросил я.

– Честно-честно, я тебе врать не стану, да и зачем мне? Рассказала все как есть, а там сам решай верить ли этому или нет. А теперь спать!

Она снова поцеловала меня в лоб, укрыла теплым лоскутным радужным одеялом пожелав доброй ночи, закрывая тихонько дверь, спокойно сказала:

– Спи крепко, людям со светлыми помыслами, добрым сердцем и благородной душой, бояться вообще никого и ничего не стоит. Ведь исходящий из них внутренний свет всегда будет рассеивать тьму, подобно свече горящей в темноте, и пока в тебе горит этот свет, никакая тьма тебя никогда не поглотит, мой родной. Помни это всегда и детей своих учи этому, меня уже тогда не станет, но ты им расскажи все то, что помнишь рассказанное мной тебе когда-то. Возможно, они также как и ты будут иначе относится к этому хрупкому миру, миру полному чудес, а еще столько неизведанного в нем, что всей нашей жизни не хватит, чтобы его постичь, принять и понять! Ладно, спи, дитя мое, завтра будет новый день, даст Бог такой же хороший, как и сегодня! Сладких снов!