Пирожок для спецназовца

Наверное, любовника тоже можно было понять: глава крупной строительной фирмы, видный волк с благородной сединой внезапно вспыхивает страстью, осыпает дорогими подарками, желает зачать ребенка. А что супругом обременен… супруг – не стенка, подвинется. Тем более – бездетный. Не родил за восемь лет брака.

Так в итоге и вышло – Ахим подвинулся. Вот только понимать ни мужа, ни любовника не желал: зачем было сначала клясться у алтаря Камула, а потом юлить и прятаться в норах?

Ахим был висом, серединкой на половинку. Отец-альфа – суровый, уже заматеревший волк, отслужил два года в армии по обязательному призыву, и ушел на производство, в сталелитейный цех. Поднялся от мастера до начальника цеха, работал с людьми, волками и даже медведями, дома никогда голоса не повышал, отца-омегу на руках носил и на годовщины дарил роскошные букеты. Отец-омега, рыжий лис с бурым ремнем по хребту, был государственным инспектором по охране труда и технике безопасности. Познакомились родители во время проверки на заводе, повстречались около года и пошли к алтарю. Не к Камулу, как принято у волков, а к Хлебодарному. Может, потому и связала клятва крепче, откуда знать?

Родители настойчиво предлагали Ахиму вернуться в их квартиру: его комната еженедельно убиралась, вещи лежали в шкафах на полках. Беспокойство было понятно, но Ахим никак не мог им втолковать, что отчий дом – не место, где можно выплеснуть кипящую злость. Еще не отпустило, временами хочется орать и что-нибудь швырять. Лучше это делать в одиночестве, подальше от родительских глаз.

Больше всего Ахима взбесило убранство любовного гнездышка. Квартиры, где Витольд наставлял ему рога. Круглая кровать с ярко-розовым покрывалом! Ладно бы круглая, но спальня невыносимо утопала в розовом, шевелилась кисеей, потряхивала кистями балдахина, ворсилась мехом абрикосовых ковров на полу. И это логово волков? Тьфу! Стыд и позор!