Ничей
- Автор: Борисов Алексей
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Selfpub
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Ничей». Краткое содержание книги:
В книге есть откровенные сцены.
Содержит нецензурную брань.
– Кто сказал, что нельзя? Ты вон у губернатора бываешь на брифингах, вот и попроси его подкинуть парочку сенсаций.
– Там у нас договорные обязательства знаешь, на какую сумму?
– Знаю. Кофе хочешь?
– Растворимого?
– Ну, ты буржуй! – я изобразил на лице праведный гнев. – У нас организация бюджетная, бедная. Другого напитка не держим.
– Знаем, какая вы бедная организация, – усмехнулся Онищенко. – Ладно, наливай.
– Налью, когда закипит. Включи чайник, – и я потянулся к свежим газетам. – Прессу вот еще не видел. Может, там и есть какой-нибудь скандал.
– Я тоже не видел, – оживился Онищенко. – Дай мне что-нибудь из ненужного.
– Всё у нас нужное, всё важное. Держи вот «Факты и комментарии», насладись пока.
– Да чем там наслаждаться?
– Версткой насладись, если больше нечем, – посоветовал я, листая одной рукой «Негоциант».
Электрочайник забулькал и щелкнул.
– Смотри-ка, твоего начальника приложили, – сказал Онищенко.
– Хрюшникова?
– Нет, Забегалова.
– Тоже мне начальник… Кого-кого приложили? – от удивления я даже отложил «Негоциант».
– Забегалова.
Я действительно оторопел.
Управляющий делами областного парламента товарищ Забегалов был в аппарате личностью легендарной. Спикеры сменяли друг друга, а Валентин Юрьевич не только оставался на плаву, но с каждой такой сменой двигался наверх. В прошлом деятельный комсомольский вожак, первый и единственный публичный шаг он сделал, издав книжку. Произведение представляло собой адаптированный вариант старой курсовой работы Валентина Юрьевича. Из работы был убран эпиграф (цитата из доклада Брежнева съезду КПСС), а сам текст практически не претерпел изменений. Курсовую работу студент Забегалов посвятил истории вузовской комсомольской ячейки. В современном кратком предисловии к ней говорилось, что задача воспитания молодежи – одна из важнейших на нынешнем этапе развития. На этом вся публичность Валентина Юрьевича закончилась. Дальнейшая его деятельность протекала под плотным покровом канцелярской тайны…
Я пробегал глазами полосу «Фактов и комментариев», когда в кармане задергался мобильник. Режим вибрации я включал, идя на высочайший прием, а потом порой забывал отменить. Номер был знакомый.
– Давай чуть позже перезвоню, а?
– Как куролесить, так сейчас, а как поговорить, попозже? – раздалось в трубке.
– Давай, давай. Потом наберу. Народ у меня, – я дал отбой.
И тут, как будильник «Маяк» (у меня в детстве был такой), пулеметно затарахтел аппарат внутренней связи. Онищенко сочувственно посмотрел на меня.
– Алексей Николаевич, зайдите ко мне.
Это был голос управляющего делами.
Лифт вознес меня тремя этажами выше. Здесь ремонт был явно лучше и свежее, чем у нас. И пол коридора устилала ковровая дорожка не грязно-красного, а зеленого цвета, успокаивающего нервы. Прикидывая возможный ход беседы, я двинулся в сторону приемной управделами. Одна из дверей на моём пути была распахнута, и красовалась на ней табличка «Ядрёная Россия». Миновать ее ускоренным шагом не удалось.
– Алексей Николаевич, можно вас на минутку?
То был помощник лидера фракции Ростик – точнее, Ростислав. Вполне безобидный молодой человек с румянцем на щеках. Лидером числился спикер Хрюшников, само собой, на чужом этаже почти не появлявшийся. Зам спикера по фракции, депутат Филейкин, тоже был в партийном кабинете редким гостем. Так что Ростик сиживал тут, под знаменем с медведем, в гордом одиночестве, периодически отбегая на задания.
– Ростислав, не могу сейчас. К Валентину Юрьевичу иду.
– Алина Вениаминовна просила.
Я мысленно дернулся.
– Давай минут через двадцать, ладно? Позвони мне или просто заходи.
И, наконец, толкнул дверь приемной.
Приемная управделами была местом общего пользования. В том смысле, что Валентин Юрьевич делил ее с двумя своими ассистентами – товарищами Власьевым и Лесных. Их дверь, тоже общего пользования (одна на двоих) была слева, его – справа. В самой приемной сидели две секретарши. Одна из них, Ульяна, как обычно, улыбнулась мне. Другая, Лариса, была явно не в духе. И я, кажется, уже догадывался, почему.
– Валентин Юрьевич один?
– Да. Он ждет вас, Алексей Николаевич, – ответила Ульяна.
Я постучался для порядка и вошел.
Уловить настроение Валентина Юрьевича было несложно. Управляющий обширным парламентским хозяйством казался мрачнее тучи. Как всегда, из-за стола, заваленного горами бумаг, он не вышел и приветствовал меня вялым пожатием руки через его поверхность. Свежий номер «Фактов и комментариев» лежал прямо перед ним. Заметка в газете была жирно обведена ядовито-желтым маркером.