На адрес

– Перелом шейки бедра, – вздохнула Лида.

Доктор прошёлся по комнате. На полу стояло несколько стопок слипшихся книг, какие-то мешки и чемодан, развалившийся шкаф грудой стоял в углу, рядом с костылями, на стене висело зеркало, слабо отражавшее всё вокруг, ни люстры, ни светильника не было, свет проникал через единственное не заколоченное окно.

– А родные есть?

– А то, племянник!

– Да нет у вас никого, ну чего вы придумываете, – возмутилась Лида.

– Есть, милая, есть, – оживилась бабка, – я же адрес тебе давала, али позабыла?

– Да писали мы письма, в Мурманск, – возразила Лида, – и по адресу, и в милицию не нашли там никого.

– Да есть милая, есть. Моряк он, приедет, обязательно приедет.

Лида только вздохнула.

– Пойду я к соседке сбегаю, – сказала она и выскочила.

Бабка принялась рассматривать доктора.

– Вы зачем пришли?

– Осмотреть вас.

Бабка закашлялась.

– Чего там смотреть, не ходют ноги, и всё. Во как.

Доктор ещё раз обошел комнату, и остановился у мутного окна. Где-то за стеной, звякая цепью ходил Тубо, тихо моросил в стекло дождь, с улицы в комнату заглядывало чьё-то лицо, это было лицо доктора. Отражение безразлично смотрело сквозь доктора, словно это он был отражением. Сергей Юрьевич нахмурился и отвернулся. Он как-то устал за эти дни, да и за годы, пожалуй, тоже, хронически устал. Он научился скрывать свои мысли, и пациенты никогда не могли понять, о чем он думает. А он просто скрывался от них, потому что они ему надоели, и почти всё в мире стало безразличным. Вот это оставшиеся почти всё он и хотел найти. Как доктор он делал свою работу хорошо, но вот сам человек куда-то исчез и спрятался.

– Как на дворе? – спросила старуха.

– Весной пахнет.

Старуха даже зажмурилась.

– Листьев не видать?

– Нет, пока почки на подходе.

– Слива у меня славная. Летом богатый урожай будет.

– Как же вы одна живете?

Старуха задумалась.

– Почему одна. Соседка заходит, новости заносит. А мне много и не надо. Дом, то какой, сколько здесь было всего. Мы его сами строили. И крышу стелили, и белили, а сад то какой был…С мужем…Слышите? – вдруг спросила бабка.

Доктор прислушался, но ничего особенного не услышал.

– Вот уж с неделю, на чердаке птаха какая-то поселилась, – пояснила бабка, – гнездо будет. Весна.

Доктор уловил тихую трель и кивнул.

– Это солнце заходит, вот она всем и сообщает, – продолжала бабка, – а ещё у меня мыши живут, вон в том углу, у окошка, где вы стоите, я их хлебцем подкармливаю.

Доктор разглядывая старуху отошел от окна.

– Всюду жизнь, – вздохнула она, – весь дом живой, я помру, а всё так и останется, как всегда, только без меня. Она чуть приподнялась и спросила, – а вы, наверное, меня выселять пришли, ближе к кладбишу?

– То есть как? – опешил доктор.

– Это всё Лидка, обещала, что доктора приведет, и тот меня в дом престарелых людей отправит. Мышей ещё грозилась потравить.

– Скажем так, рассматривается такой вопрос, – начал было доктор.