Без права на отказ
- Автор: Борискова Ольга, Минаева Татьяна
- Год: 2020
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Без права на отказ». Краткое содержание книги:
— Давай на лед. — Коршунов, как всегда, был немногословен.
И я даже спрашивать не стала, зачем, когда до начала тренировки еще двадцать минут. На лёд, так на лед. Я убрала ногу с борта и поправила задравшуюся майку. Заметила, как глаза тренера вспыхнули, но огонёк потух тут же, и я решила, что мне снова показалось. Я туже затянула на волосах резинку. Мои рыжие длинные волосы всегда меня жутко бесили, впрочем, как раздражала себя и вся я сама. В моей внешности мне не нравилось ровным счетом ни-че-го. Рыжая-бесстыжая, как меня в школе дразнили. Да, и какая разница, что бабушка всегда меня в закрытые платья одевала и косички плела? Бледная кожа, покрытая веснушками, бледно-голубые глаза и рыжие брови. Страхолюдина, честно! Еще и кости во все стороны торчат. Я мотнула головой, хвост колыхнулся в такт. Открыла борт, стянула чехлы и передала Олегу Евгеньевичу. Наши пальцы на мгновение соприкоснулись, и я тут же одёрнула руку. Не люблю прикосновения. Даже таких красавчиков, как мой тренер.
Я выехала на лед и обернулась. Олег стоял, облокотившись о борт, и внимательно, чуть прищурив глаза, наблюдал за мной. Это было странно, еще никогда я не была на льду одна. С ним.
— Разминка пять минут и далее отрабатываем каскад лутц-ритбергер. — Донеслось до меня.
Я едва не застонала, этот каскад мне не давался от слова совсем. Совсем. Никогда. Я говорила про свою атрофированную ягодицу, которая не чувствует ударов? Нет? Вот именно на этом каскаде я и добила свои бедные нервные окончания. Я понимала, что этот каскад я обязана прыгнуть, но, я — тяжелый случай. Если у меня что-то не получается с первого раза, мне очень тяжело это выучить.
Но я покорно кивнула и начала раскатку. По прошествии отведенных на разминку минут, я начала прыгать. Прыжок — недокрут — падение. Прыжок- недокрут — падение. И так каждый раз. На втором ритбергере я всегда падала. А Коршунов только молча хмурился. После очередного падения я осталась сидеть на льду.
— Абрамова, вставай! — Мне кажется, он злился.
Не поднимая головы, я цеплялась взглядом за трещинку во льду, оставленную зубцом лезвия, и упрямо не двигалась с места. Это тоже моя отвратительная черта. Я упрямая. Порой излишне.
— Если я сказал подниматься, значит, ты поднимаешься и продолжаешь. — Меня вдруг тряхнуло, и я против воли оказалась на ногах. Вскинула голову и наткнулась на презрительный взгляд Коршунова. — И продолжаешь до тех пор, пока я не скажу «стоп».
— А «стоп» Вы скажете? — Блин, надо бы прикусить язык. Я поморщилась. Да, и вот еще одна отрицательная черта — язык. Язык мой враг мой… Но у меня болело плечо, которым я приложилась в свое последнее падение, и мне было плевать, что он мне скажет. — Вы не видите, что я не могу прыгнуть?! — воскликнула я.
— Заткни своё «не могу» себе в зад, — прошипел он, приблизив свое лицо к моему практически вплотную. — По крайней мере, пока тренируешься в моей группе. — Я не слышала, что он мне сказал. Клянусь. Я даже не дышала, — как тупица смотрела в его глаза и чувствовала себя слабоумной, не способной и рта раскрыть. Да, с таким человеком как Коршунов лучше почаще молчать. Душу вытрясет, выбросит меня из группы и пойдет в согретую Алькой постельку…
Я опустила глаза с его лица чуть ниже. На Коршунове был светло-серый свитер, на вид очень мягкий, и мне неожиданно сильно захотелось провести по нему рукой, но я сдержалась. Снова посмотрела на него. Он сжимал моё плечо, то самое, что так сильно ныло. Это отрезвляло.
— Простите, — пискнула я. — Вы правы. — Вот так, Яна, вдох, выдох, ты не умерла от того, что свое «я» запихнула именно туда, куда он просил запихнуть «не могу». Неумение признавать собственную неправоту — вот еще один мой минус. Знаете, есть в фигурном катании такое определение «плюс старт». Это когда фигуристы могут собраться в самый нужный момент и выдать впечатляющий прокат именно на тех соревнованиях, на которых это важнее всего. Вот у меня минус. Во всем. Я такой ходячий сплошной минус. Но я на правильном пути, раз понимаю это. Я усмехнулась своим мыслям, и это было моей ошибкой. Потому что Коршунов, кажется, воспринял этот смешок за издёвку и принял на свой счет. Лицо его напряглось, потемнело, скулы заострились, ровная линия рта искривилась, а пальцы сжались на моём плече еще крепче. Я поморщилась и зашипела.
— Ты бездарная малолетняя хамка, — пальцы его наконец отцепились, и он грубо оттолкнул меня от себя. — Чтобы больше я тебя не видел в своем центре.
Он окинул меня презрительным взглядом, даром, что не сплюнул. Затем развернулся и поехал к бортику. А я стояла и смотрела за тем, как только что моя надежда на олимпийское золото в светло-сером супер мягком свитере укатывает со льда.