С любовью, Солт & Лейк

  Мы с капитаном направились на выход. По дороге мы переговаривались. Джонатан еще раз высказал свою признательность за готовность помочь, а также заверил, что задержанные не представляют опасности, но во время забора крови и прочих процедур будут присутствовать он с солдатами.

  - Если дёрнуться — пожалеют, - грозно заявил капитан, приятно взбудоражив меня своим воинственным настроем. Мы шли по тёмным улочкам, освещённым редкими фонарями, то заходя в темноту, то выходя на свет.

  - Но в любом случае ты будешь мне должен, - перешла я на неформальный стиль общения.

  - Как насчёт ужина? Продукты и готовку беру на себя. И гарантирую отличное вино, - не растерялся капитан.

  - Договорились.

  Серый корпус так прозвали из-за более тёмного цвета облицовки, и перекрашивать его не стали, решив сэкономить на количестве домиков с более весёлой расцветкой. 

  - Располагайся здесь. Через минуты три приведу первого для осмотра, - сказал Джонатан, распахнув дверь в небольшую комнату.

  Я зашла и осмотрелась. Пару столов со стульями — обычный набор для здешних комнат. Порадовало наличие ширмы, а за ней обнаружилась раковина, но воду к ней не подвели. Возможно, здесь хотели сделать медпункт для задержанных, но так как их не было до сегодняшнего дня, оборудовать эту комнату должным образом не успели, или попросту говоря — забили.

  Я разложила необходимые инструменты на столе. Приставила один стул к его краю, для пациентов. Выдохнула, попросив бога, чтобы задержанные не оказались полными отморозками. Во время интернатуры мне пришлось работать с разными людьми, но как не любила, так и не люблю тяжёлые случаи с буйными, пьяницами или наркоманами.

  Дверь открылась и вошёл капитан Барнс, следом за ним — бородатый и усатый шатен, руки которого были заведены за спину. Замыкали группу двое солдат с автоматами в руках.