Мельничиха из Тихого Омута 2

— Да уберите его! — взмолилась я, потому что отступать дальше было некуда — я налетела спиной на плетеную изгородь, за которой стояли собратья чёрного лохматого монстра.

Стоило кому-то двинуться, как осёл очень свирепо оскаливал зубы, а на своего хозяина он попросту не обращал внимания. Расстояние между нами сокращалось, и очень быстро сокращалось, я затаила дыхание…

Осёл ткнулся мордой мне в колени, фыркнул, и принялся обнюхивать мою юбку, постепенно добираясь до поясной сумочки, и тут я сообразила, что было нужно страшному длинноухому зверю.

— Погоди-ка, чудный ослик, — проблеяла я, расстёгивая сумку, — сейчас я тебя угощу.

В сумочке у меня лежало яблоко — я взяла его, чтобы погрызть по дороге. Его-то запах и уловил осёл.

— Кушай-кушай, — пропела я, держа яблоко двумя пальцами. — Только отойди, пожалуйста.

Белые зубы клацнули, я еле успела отдёрнуть руку, а осёл уже дохрупывал сладкое лакомство.

— Вы тут все сговорились, что ли? — возмутился тем временем смуглый. — Подавайте сюда ведьму! Или пусть ведьма отдаёт мои денежки!

— Вы по какому праву оскорбляете честную женщину? — заступился за меня Савьер.

— Честную?! Вот уж увольте!

Смуглый бросился ко мне, опередив грузного Квакмайера, но добежать не успел, потому что лохматый осёл взбрыкнул, и мужчина, взмахнув руками, улетел к противоположному загону, рухнул в пыль и… больше не двигался.

Стало тихо, и только слышно было, как похрустывает яблоко кое у кого на зубах.

— Бамбус, — произнёс кто-то потрясённо, — твой осёл человека убил… Позовите судью! Человека убили!

— Зачем — судью? — зашумели вокруг. — Прибить убийцу — и всё!

— Прибить осла!

Сам виновник стоял передо мной и очень серьезно и сосредоточенно дожевывал яблоко. Я оторопело посмотрела на животное, потом на мужчину, лежавшего у загона, и припомнила, что в прежние времена судили и лошадей, и свиней, если им случалось причинять увечье человеку.

— Вы о чем, судари мои?! — перепугался хозяин осла-убийцы. — Это был несчастный случай! Да этот осел десять серебряных монет стоит!

— Какой несчастный случай? — выкрикнул кто-то. — Он его нарочно лягнул! Когда Димак хотел бабу схватить!

Ну вот, хоть выяснили имя этого несчастного… Димак… И кто же ты такой, и что же у тебя за дела были с мельничихой Эдит?

— Разойдитесь! Разойдитесь! — услышала я голос доктора Ларка и немного воспряла.

Любитель птиц протолкался сквозь толпу и деловито склонился над поверженным Димаком, выслушивая пульс и проверяя дыхание.

— Дышит, — объявил доктор, и хозяин осла вознёс благодарственные молитвы.

Тем временем доктор ощупал Димака и вынес следующий вердикт:

— И кости целы. Что вы переполошились?

Димак слабо застонал, приходя в себя, и ему помогли сесть, подперев плечами с двух сторон.

— Увечье, несомненно, есть, — продолжал доктор, раскрывая рубашку на груди пострадавшего. — Думаю, как раз на штраф в три серебряные монеты.