Я не выйду за варвара

Насколько мне известно понятие престолонаследования и вовсе не существовало для этих нелюдей. Говорят, что наследник погибшего короля должен был доказать свою силу и сразиться с тем, кто на совете после смерти правителя высказывал свое сомнение по поводу его сил и способностей унаследовать север и управлять им.

Кажется, это было все, что я о них знала. Хотя, нет, вру. Есть еще одна вещь. Сколько себя помню в ювелирных лавках украшения, сделанные из драгоценных камней и металлов, привезенных с севера, всегда были на порядок дороже, нежели из местного сырья. Золото и серебро, привезенное оттуда считалось более качественным, а камни были намного ярче и ни совсем не мутные, в отличии от здешних.

Как поговаривал мой батюшка, который, возможно, уже ушел в вечность, защищая столицу:

«Эти глупые северяне не знаю цену золоту, лежащему в глубинах их шахт! Они продолжают есть из обычной деревянной или металлической посуды и носить грубые ткани. Эти неучи не в состоянии обрабатывать камни».

Помню еще сэр Ментор рассказывал, что необразованные северяне не желали покорятся цивилизованным законам, платить подати и признавать власть Эльрата. Они не смогли оценить всю ту благодетель, которую им принесла Империя Священного Грифона и поднимали восстания против его Священной власти.

Варвары не поняли доброго слова и искреннюю волю помочь им эволюционировать. Поэтому пришлось говорить с ними на их же языке. Восстания были жестоко подавлены, а их лидеры публично казнены.

Но Священный Эльрат проявил милость к «смелым, но глупым нордорийцам». Им была дарована некоторая автономия, чтобы они понемногу начали привыкать к цивилизации, но судя по тому, что творилось сейчас в столице, можно было сделать вывод, что они так ничему и не научились.

Все, что про них говорили, правда. Они могут лишь разрушать, воровать, убивать и насиловать. Они просто не созданы для чего-то большего. Нордорийцы способны лишь на подлость и предательство. Они предали Империю Священного Грифона, так желавшую помочь им.

И сейчас… Сейчас они хотели унизить нас, растоптать. Собрали девушек из агустейших семей столицы, словно товар, в этой грязной повозке, чтобы опозорить нас, обесчестить.

Нет, я не выдержу этого, не переживу! Я лучше умру здесь и сейчас, но не дамся нордорийцам. Прочитав про себя молитву я собрала последние силы, что были у меня и встала, хотя в повозке удержать равновесие было не просто.

— Не посрамите честь Ваших предков, — обратилась я к девушкам, — не дайте им унизить себя. Лучше верная смерть, чем прислуживать нордирийцам. — сказала я и услышала, как кто-то из стражей крикнул мне что-то на ихнем языке.

Наверное, хотел, чтобы я замолчала. Что ж, пусть немного потерпит. Сейчас замолчу навсегда. Я наклонилась назад, чтобы выпасть с высокой повозки, желая упасть головой вниз и разбиться на смерть. Девушки вдруг запищали, оглушая всех вокруг. Я стремительно летела спиной вниз, вот-вот и я разобьюсь о залитой кровью брущатку, но…