Соллой

У меня из груди вырвался жуткий вопль! Никогда в жизни я так не орал! То, что я увидел, напугало меня до смерти! Полупрозрачный монстр на мгновение отпрянул. Постоял так несколько секунд и убежал к вертолёту, опираясь на руки по-обезьяньи, как на лапы.

"Нож. У меня в рюкзаке есть нож", – вспомнил я.

Невесть какое оружие, но всё же. Начал лихорадочно развязывать рюкзак. Достал большой шерстяной свитер. У меня такого не было. Рюкзак не мой. Продолжил шарить внутри рюкзака. Пальцы нащупали что-то длинное, металлическое. Кусок трубы? Зачем здесь труба? Это ствол! Я вытащил из чужого рюкзака замотанный в одежду ствол ружья, нашёл и приклад. Быстро собрал оружие в единое целое. Старое ружьё было, скорее всего, "пиратским", то есть незарегистрированным. Я вытряхнул весь рюкзак прежде, чем нашёл четыре патрона. Зарядил и стал ждать. Уродливый монстр обследовал вертолёт и вернулся ко мне.

– Что ты за хрень? – крикнул я существу и навёл на него оружие.

– Соллой, – издало звук существо. Именно звук, с еле различимыми буквами. Как пенопластом по стеклу провели. Урод опустился на четвереньки и стал медленно приближаться ко мне. Его глаза загорелись ярче. Я взвёл курок и нажал на спусковой крючок. Выстрел гулким эхом пронёсся по тундре. Свинцовая пуля врезалась уроду в горло. Его откинуло назад. Он завалился на бок и замер.

Обжигая пальцы, я вытащил стрелянную гильзу. Зарядил новый патрон. Соллой лежал без признаков жизни. Становилось совсем холодно. Я услышал, как от холода начали стучать мои зубы. Мне хотелось прекратить это, но я ничего не мог сделать.

Звёздное небо стало заволакивать тучами, словно в чёрный кофе добавляли молока. Полетели первые снежинки, маленькие, редкие и лёгкие, они кружились в затейливом, веселом танце. Снежинок становилось всё больше. Начался настоящий снегопад. Крупные хлопья снега падали на мох, укрывая его белым одеялом. Ветер усилился. Началась метель. Снег забивался в уши, за шиворот, в рукава. С трудом я собрал всё, что вывалил из рюкзака ранее, и поковылял к останкам вертолёта. Соллой исчез. Может, его замело снегом, по крайней мере я его не увидел.

С трудом залез в то, что осталось от задней части вертолёта. Обугленные тела моих попутчиков лежали рядом, припорошенные снегом. Восприятие действительности притупилось на столько, что мне было всё равно. Дрожащими руками я достал из рюкзака одежду, сложил кучкой напротив себя. Разобрал два патрона и высыпал порох в одежду. Потом поджёг. Порох сразу вспыхнул, искрясь и потрескивая, он быстро прогорел. К моему счастью, куча из одежды загорелась.

Едкий дым резал глаза. Потекли слезы. Огоньки пламени то ярко вспыхивали, то почти угасали. Но стало теплее. Что-то загрохотало по металлу. Из темноты к огню вышел Соллой. Он уселся напротив. Дыра у него на шее от моей пули быстро затягивалась.