Восьмая степень свободы [litres]

Выход на рынок лодеров стал для Закари знаковым – он получил возможность легализации своих доходов, стал появляться в приличном обществе и даже обзавелся некой положительной репутацией в деловых кругах. Свои дела он долго и тщательно планировал и умело скрывал подноготную своего успеха. На него трудились талантливые программисты с «проблемами»: нелегальные беженцы, переселенцы, специалисты, находящиеся в неладах с законом, сотрудники на удаленке из Северной Америки и Объединенной Европы. Зак разыскивал специалистов в области программирования повсюду, отдавая предпочтение тем, кто попадал в сложную жизненную ситуацию – не мог, например, прокормить себя, найти жилье или мечтал выбраться из неблагополучных регионов. Таким образом, он мог рассчитывать на высокую мотивацию и работоспособность этих отчаявшихся людей, и отчасти благодаря именно этому Ноэл сумел завоевать некоторую часть рынка лодеров, отставая, конечно, от крупных и успешных фирм – своих конкурентов. Однако в чем у Закари не было конкурентов, так это в том, как он ловко придумывал способы успешного обогащения на незаконных операциях разного толка.

Везение Зака заключалось не только в том, что он умел выбирать себе выгодных партнеров, но и в том, что умудрялся заполучать выгодных должников. Всех проштрафившихся Зак обдирал как липку, оставляя буквально ни с чем, и его никогда не мучила совесть. Свои интересы он охранял свято.

Как-то пришлось прижать одного из контрагентов из Объединенной Европы – Йена Ларсена. Контрабандист сильно просрочил условия контракта и подвел Закари на поставках редких металлов. Слушая его бессвязные оправдания о беспорядках в Южной Америке, необязательности русских и проблемах с транспортировкой груза из Новых Антарктических поселений, Закари откровенно скучал. Он уже знал, как поступит с должником, и необходимость терпеть его объяснения выводила Зака из равновесия – он не переносил пустой траты времени. Видимо, выражение его лица было столь красноречивым, что провинившийся контрабандист понял, что за будущее ему светит, а вернее – не светит. И тогда, спасая свое благополучие, а может, и вообще жизнь, должник расплатился с Заком своим секретом.

– Мистер Ноэл, я знаю одного человека… Если он окажется вам полезен… – в голосе Йена отчетливо звенело отчаяние. – Если это так, вы спишете с меня долг! – в голосе Ларсена зазвучали одновременно мольба и утверждение, странное сочетание эмоций, если не сказать, невозможное.

– Почему этот человек может быть мне интересен? – бесцветным голосом ответствовал Зак. Как всегда, он постарался выглядеть безразлично, в конце концов, он уже придумал, как расправится с должником, а менять свои планы он не любил.