Венедикт Ерофеев: человек нездешний
- Автор: Сенкевич Александр Николаевич
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Молодая гвардия
- ISBN: 978-5-235-04416-6
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Венедикт Ерофеев: человек нездешний». Краткое содержание книги:
С триумфом сданный экзамен не спас Венедикта Ерофеева от исключения. Как утверждал позже ректор института Борис Фёдорович Киктёв, он был вынужден его отчислить под давлением силовых органов. А каких именно, КГБ или МВД, он не уточнил.
Сваливать все собственные карательные действия на органы проще простого. Какие-либо документы о давлении с их стороны отсутствуют А вот в наличии имеются некоторые «бумаги» местного производства: докладная декана филфака Засьмы, справка Дудкина, приказ Киктёва, заявление Зимаковой, решение комсомольского собрания института. Все эти «бумаги», хранящиеся по сей день в архиве Владимирского педагогического института, были обнаружены Евгением Шталем.
Начну по порядку с докладной записки Раисы Лазаревны Засьмы. Зная биографию её семьи, необходимо проявить к ней снисходительность. Воспроизвожу этот документ, адресованный ректору института Б. Ф. Киктёву, в некотором сокращении из книги Евгения Шталя «Венедикт Ерофеев: Писатель и его окружение»:
«Настоящим довожу до Вашего сведения, что студент филологического факультета, гр. Я-11 Ерофеев В. И. [именно так! — Шталь] за время своего пятимесячного пребывания в институте зарекомендовал себя человеком, душевный, моральный облик которого не соответствует требованиям, которые предъявляются ВУЗом к будущему воспитателю молодого поколения. Об этом говорят следующие факты:
1. В октябре месяце Ерофеев был выселен из общежития решением общего собр[ания] и профкома ин-та за систематические нарушения правил внутреннего распорядка: выпивки, отказы от работы по самообслуживанию, неуважение к товарищам, чтение и распространение среди студентов Библии, привезённой им в общежитие, якобы “для изучения источников средневековой литературы”, грубость по отношению к студентам и преподавателям.
2. Ерофеев неоднократно пропускал занятия по неуважительным причинам. Всего им пропущено по наст[оящее] вр[емя] 32 часа. И, хотя после выговора, полученного в деканате, и неоднократных предупреждений, он последующее время [не] пропускал лекции, но занятия по уч[ебному] кино и физвоспитанию не посещал до конца.
3. Ерофеев оказывает самое отрицательное влияние на ряд студентов 1-го и старших курсов (на Модина, Сорокина, отчасти Люзикова, Авдошина, Зцмакову, Ивашкину и т. д.), благодаря систематическим разговорам на “религиозно-философские” (так он их называет) темы. Скептическое, отрицательное отношение Ерофеева к проблемам воспитания детей, к ряду моральных проблем, связанных со взаимоотношениями людей, извращённые, методологически неправильные несостоятельные взгляды Ерофеева на литературу (его будущую специальность), искусство, анархические, индивидуалистические взгляды на смысл и цель собственной жизни, некрасивое поведение в быту, бесконечная ложь в объяснениях того или иного поступка, всё это делает невозможным дальнейшее пребывание Ерофеева в ин-те»16.
«Друга студентов» Игоря Ивановича Дудкина, как он признавался в наше, более просвещённое время, сильно прижали. Кто это сделал, он не уточнил. Убеждён, что атаку немецких фашистов он отбил бы, а вот перечить начальству оказалась кишка тонка. Он написал то, что от него ожидали, забыв о пивных возлияниях с Венедиктом Ерофеевым. Приведу основные тезисы его объяснительной записки: «Мне пришлось случайно беседовать со студентом 1 -го курса т. Ерофеевым (обратите внимание на “т.”, то есть с товарищем, а не как у Засьмы — “гр,” то есть гражданином, как обращаются обычно к подследственным). Разговор шёл на философские темы. Формальным поводом для беседы был вопрос о возможности его участия в философском кружке»17. Начав объяснительную записку со случайной беседы, он словно забывает о том, что некоторое время Венедикт Ерофеев посещал его философский кружок. Далее И. И. Дудкин пишет о политической и идеологической незрелости приговорённого к изгнанию студента, о том, что тот «что-то слышал о Ф. Аквинском и Беркли, о Канте и Юме, но отнюдь не разобрался в их учениях по существу»18.
Убеждён, что, если Венедикт Ерофеев в то время принимал бы у Дудкина экзамен по религиозно-философским воззрениям названных мыслителей, тот кроме общих слов не нашёлся бы что сказать. Однако Игорь Иванович свой вердикт вынес:
«Я, как преподаватель философии, считаю, что Ерофеев не может быть в числе наших студентов по следующим причинам:
1. Он самым вреднейшим образом воздействует на окружающих, пытаясь посеять неверие в правоту нашего мировоззрения.
2. Мне представляется, что он не просто заблуждается, а действует как вполне убеждённый человек, чего, впрочем, он и сам не скрывает.